Синь-камень: лекарство от одиночества - Татьяна Снежко Страница 93

— Василиса? – удивился Ярик. – Я думал, что ты еще спишь.

— В этом месте сложно отличить Явь от Нави. Поэтому не уверена, может и сплю.

Я смотрела на его красивое лицо и не понимала, как этот прекрасный мужчина может быть не только бабником, но и коварным заговорщиком. Неужели они с Агафьей смогут убить моего Лиса? Теперь я знала, что люблю Алиссандра с того самого момента, когда мы встретились еще тогда, пятнадцать лет назад, с того самого взгляда. Говорят, что любви с первого взгляда не бывает. Бывает – когда взгляд показывает силу души и наполняет всю твою сущность! Я слишком полюбила его глаза, чтобы смотреть в чужие. Даже глаза красавчика Ярика были всего лишь частью тела.

— Я сейчас, – прервал Ярик мои раздумья и ушел на кухню. Оттуда он вернулся с новым десертом. – Специально для тебя сделал, – и, широко улыбаясь, протянул мне тарелку.

Нет уж, дудки, больше ничего есть и пить в этом рестобаре я не буду. Я с тоской посмотрела на огромный белый воздушный десерт. Эх, жаль, конечно, – и я, размахнувшись, с превеликим удовольствием впечатала тортик красавчику в лицо и молча поставила пустую тарелку на барную стойку. Белое суфле сползло с Ярика и плюхнулось четко в посудину. На красивом лице под десертной маской смешались удивление и шок. Голубые глаза выглядели смешно в белом месиве. Ярик часто заморгал, протер глаза, облизал губы и промычал:

— Кислинки не хватает.

Я не удержалась и рассмеялась. Смех был какой-то нервный, прямо до слез.

— Это так нелепо! – наконец перестав смеяться и отдышавшись, сказала я. – Я так давно хотела это сделать! Теперь понимаю, почему люди влепляют торты друг другу в физиономии.

— Тебе так весело? – вытирая полотенцем остатки липкого десерта, поинтересовался Ярик.

— Как бы объяснить… Это похоже на катарсис. Извини, я, наверное, напугала тебя. Ты в порядке? Тебе лучше не подпускать меня к бару.

— Ты слышала? Я тебе все объясню… – начал оправдываться бариста, но я его перебила:

— О нет. Это я все объясню твоему дядюшке Лису. Думаю, он знает, что с вами делать. Вам с сумасшедшей бабкой прямая дорога в его лес – Проклятый, как она его называет.

Я резко повернулась и тут же уперлась в Агафью. Не успела я возмутиться, как меня окутал туман, я стала задыхаться. В следующий миг мир начал искажаться, поплыл перед моими глазами, словно размытые картины, нарисованные невидимой рукой. Напоследок я увидела злой прищур Бабы-яги – и все. Больше ничего не помню.

Я медленно приходила в себя. Открыла глаза и обнаружила себя лежащей на Синь-камне. От него непривычно веяло холодом. Как ни глупо это признавать, сейчас он был самым обычным камнем. Тело в длинном красном платье словно принадлежало не мне, я совершенно не чувствовала его. Попыталась двинуться, но тщетно: ни ноги, ни руки не слушались. Моими были только мысли. Алиссандр? Белый волк? Кто-нибудь, спасите меня от этой чокнутой бабки! Я попробовала крикнуть, позвать на помощь, но голоса не было, лишь губы шевелились в мольбе. Сверху меня разглядывала пугающая Черная Луна с ярким светящимся кольцом вокруг. Таинственный ореол слепил, а чернота давила и угнетала. Вокруг стояли шесты с факелами из человеческих черепов, их пламя образовывало странные тени, затянувшие все вокруг тяжелым чадом. Лица людей, окружавших меня, тонули во мраке, их черты рассмотреть было трудно.