За Усами - Джинджелл Вэнди Страница 94

Атилас оставался на месте ещё около часа, но мысли о потере очень хорошего инструмента лишь раздражали его, и вскоре он снова надел ботинки, чтобы добраться до дома, где чуть не забыл оставить их в специально отведённом для них месте. Он вышел на террасу в тапочках, надеясь, что его там ждет чашка чая. Он надеялся не напрасно: хотя он не слышал, как открылась дверь дома, и вообще не слышал никаких голосов, войдя в комнату, он увидел Камелию.

На ней были шёлковые брюки цвета лайма и нежно сверкающая трикотажная рубашка цвета лаванды, а в ушах — грозовые облака с тремя болтающимися молниями на каждой. В её руках уже был обычный ярко-синий чайник, из которого она наливала чай Харроу, который, сгорбившись, сидел в солнечном уголке этой комнаты, словно впитывая в себя всё тепло, но не производя большего эффекта, чем мёртвое, холодное пятно вокруг него.

— Как восхитительно по-домашнему, — пробормотал Атилас, входя. Не стоит привлекать внимание к мрачному выражению лица Харроу, но в его ситуации всё было по-честному.

Его замечание заставило Харроув замешательстве поднять глаза, а Камелию слабо улыбнуться, что вызвало у Атиласа небольшой и неожиданный приступ восторга.

— Чаю? — спросила она, и это было именно то, на что он надеялся. Она задала этот вопрос, изогнув бровь, что означало, что она знала, что он очень на это надеялся, что также вызвало у Атиласа лёгкую усмешку.

— Конечно! — холодно ответил он, чтобы успокоить её. — Я вошел в комнату только с одной целью.

— Ты вернёшься к ужину? — спросила она, вместо того чтобы попытаться парировать. — А Джейк? По крайней мере, он уже должен был вернуться. Через несколько часов стемнеет.

— Ах, — сказал Атилас, останавливаясь рядом с ней. — Я бы предпочёл, чтобы мисс Ёнву была здесь и сообщила тебе эту новость.

Камелия, не дрогнув, встретилась с ним взглядом, но ему показалось, что она побледнела ещё больше, и одна из её рук, которая бережно держала блюдце с чашкой, которую она налила ему, вслепую нащупала край стола и оперлась на него.

— Это Джейк?

— Силовики обнаружили тело и вызвали мисс Ёнву для опознания.

В комнате, казалось, стало холоднее, и Атиласу потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что он не настолько восприимчив к ужасу человеческой смерти, как ему показалось на мгновение, чтобы это повлияло на него телесно. Харроу, и без того казавшийся чернильным пятном в ярком свете зала, буквально втягивал в себя всё тепло комнаты, превращаясь в чёрную дыру страдания, холода и тишины.

Камелия сказала:

— Но они думают, что это Джейк.

— Похоже, силовики действительно так думают, — сказал он, осторожно забирая чашку из её пальцев. На ощупь эти пальцы были прохладными и мягкими — слишком мягкими для такой домашней богини, как Камелия. — Я бы не советовал тебе надеяться.

— Понятно, — сказала Камелия, и её вторая рука нащупала стол.

Он заметил быстрый печальный взгляд, который она бросила через всю комнату на Харроу, как будто ничего не могла с собой поделать, но сам мальчик, казалось, этого не заметил. Во всяком случае, он ещё больше замкнулся в себе, обхватив себя руками так крепко, что пальцы на рукавах побелели.

Камелия, словно с огромным усилием, отодвинулась от стола и снова взяла свой чайник, обойдя Атиласа сзади и создав приятное сочетание холода, который был у Харроу напротив, и тепла, которое было у чайниказа спиной. Это сопоставление стало ещё более очевидным из-за холода, царившего в комнате за чайником, когда послышались слишком тяжёлые шаги Камелии.