Последняя роза Дивеллона - Вера Платонова Страница 97

– На стол кладите.

Сама зашла первая в избу и стала греметь склянками и горшками, действуя, как заметила Айна, наощупь.

– Она же совсем слепая, как она поняла, что ты носишь знаки отличия на одежде? – шепнула она Деценне. Та развела руками.

– Теперь обе прочь отсюда! Ждите во дворе.

Обе женщины смиренно повиновались.

– К Иммериль благосклонно само провидение, – сказала дочь Цхатаса, усаживаясь на бревно возле хибары, служившее старухе скамьей, и скрещивая ноги в мягких сапожках. – Мы даже не искали зотку. Её изба сама нашлась и выросла перед глазами. Что, если мы сейчас, сами того не понимая, служим чему-то большему?

– Хотя бы сдохнем незря! – улыбнулась Айна.

***

– Ваши демарфийские зотки, отшельницы… – я пришла в себя, и слушала доносящийся со двора голос Айны. – Они лучшие. Я была у знаменитой кетрийской бабки, проходила послушание в храме Сороса, когда он еще существовал, ездила в ученые лекарские школы Иттероса, чтоб его! Привозила всем богатые подарки, просила, просила, просила! И они обещали помочь. А потом разводили руками, и я уезжала ни с чем.

– А эта?

– Эта хотя бы не давала ложных надежд. Лишь взглянула на меня и сразу и сказала, как отрезала: “иди отсюда, и подарков мне никаких не надо. Я тебе ничем не помогу”.

Жесткие руки неловко приподняли голову и влили в рот теплый напиток с сильным травяным вкусом. Я по привычке сразу стала перебирать в голове растения, которые могли в него войти. В домике пахло козьим молоком и почему-то забродившими ягодами.

– Я чуть удержала тебя. На самом краешке. На волоске, – произнесла старуха, укладывая мою голову назад. – Не будь тут замешана сама смерть, может, все и обошлось бы. Но не обойдется. Когда-то один важный человек уже ругался с ней. И вместо одной единственной, на землю легли три сиреневые розы. Потому что у смерти взаймы не берут даже короли. Я тебя лишь удержала, слышишь, поставила тонкую заслоночку. А дальше никак.

Она легонько сжала мое плечо.

– А теперь поднимайся. За вами уже идут, время дорого.

Я села на столе, свесив ноги и почувствовала, как кровь снова побежала по венам, грея тело.

Легкая, как сухой осенний лист, спрыгнула, чуть качнувшись, но устояла и распахнула дверь на крыльцо.

Две воительницы коротали время за доеданием припасов и разговорами. На скрип открышейся двери они разом повернули головы.

Поблагодарив зотку, которой наши благодарности совершенно ни на кой не сдались, а больше у нас ничего и не было, мы расселись по лошадям и отправились дальше.

Дорога полетела скоро, я ничего не видела вокруг, погруженная в размышления о словах старой зотки, что очевидно говорила мне об отце, матери и погибших сестрах. Неужели, сестры могли быть расти вместе со мной, если бы он не пытался отстоять маму? И все равно, не стало и её.

Эта же участь ждет меня, Айва и наше дитя?

– Эй, Иммериль, – окликнула Айна. – У тебя очередной воздыхатель!

Я встрепенулась и закрутила головой, выискивая глазами темно-синюю скрюченную фигуру.

– Теплее,теплее, горячо! – развеселилась Айна, когда я уперлась глазами в аторха, который скромно топтался у кустов на небольшой полянке. – Можешь спешиться и поцеловаться с ним!

– Это наш священный предок! – пояснила я, обиженная этой святотатственной шуткой.

Но лошадь остановила.