Виноваты стулья - Марианна Красовская Страница 97

А все же приятно и лестно быть объектом чьего-то интереса!

— Я сам отнесу покупки, — быстро сказал мне Жуков, выскакивая из автомобиля и открывая передо мной дверь. — Не извольте беспокоиться.

— Я попрошу Георга, он вам поможет.

— А разве Георг живет в вашем доме? — удивился Жуков.

— Да.

— Почему?

— Он — сын Ильи.

— А что, господин Донкан тоже живет с вами?

— Представьте себе, — усмехнулась я, проходя в холл и стягивая перчатки. — А вот и он, легок на помине! Заждались, Илья Александрович? Если вас не затруднит, помогите занести пакеты. Но осторожно, там посуда и вазы для Амелии Александровны.

— Но почему он живет в вашем доме? — не унимался Жуков. — Вы ведь сказали, что между вами больше ничего нет! Я полагал, что он приходит лишь к дочерям!

— Потому что это не ее дом, — насмешливо пояснил Илья. — Это — дом моей сестры, Амелии Донкан-Кичигиной. Мы здесь лишь гости.

— Но вся эта мебель… — откровенно растерялся Александр. — Вазы… стулья… ковер, наконец! Для чего же мы ездили по магазинам?

— Амелия меня попросила помочь с обстановкой, — холодно ответила я, вдруг начиная осознавать ситуацию.

— А где же вы живете в другое время?

— В усадьбе под Верейском.

— В моей усадьбе, — чрезвычайно доброжелательно сообщил Илья. — На моем содержании. А вы думали, что это все, — он развел руками, уже не скрывая веселья, — принадлежит Анне? Вы ошиблись, милостивый государь, Анна — нищая. Ничего за душой у нее нет.

Прозвучало грубо, но вполне правдиво. Я прикусила губу. Мне было крайне любопытно, как отреагирует Жуков на столь явную провокацию. И я не была разочарована.

— Что же… — прохрипел он, не желая расставаться с нарисованной в его буйном воображении картиной. — Как же… Тогда почему вы отказались ехать со мной на воды? Я ведь готов вам заплатить.

Не сразу до меня дошел смысл его слов. Я задохнулась от гнева.

— Да как вы смеете!

— Так вы же, получается, содержанка? Куртизанка? Принадлежите тому, кто платит? Пусть так. Даже если у вас нет дома в Москве и денег, я переживу. Вы умны, хороши собой, с вами чрезвычайно интересно беседовать. Назовите вашу цену, я готов платить!

В два длинных прыжка Илья Александрович оказался рядом с моим незадачливым «покупателем». Ухватил его за шиворот, крепко встряхнул, прошипев:

— Ты зарвался, корнет! Пошел вон отсюда!

— Я офицер! Вы не имеете права!

— Да мне плевать, кто ты. Вон!

И, распахнув дверь, без всякого труда выкинул Жукова на улицу.

— Дуэль! — донеслось до меня.

— Какая к черту дуэль, я не дворянин! — рыкнул Илья. — Пристрелю как собаку без всяких секундантов!

Я расхохоталась. Было довольно обидно и очень-очень смешно. И приятно еще, что Илья без сомнений выступил на мою защиту.

— Между прочим, он звал меня замуж, — сквозь смех сообщила я.

— Это когда он думал, что у вас дом в Москве? Или уже после?

— Ха-ха, до!

— Какой болван, прости Господи!

— Что есть, то есть!

— Мне он с первого взгляда не понравился.

— Жаль, что я не позволила ему купить ковер. Ах, Илья, а мои вазы? Он что же, все их увез?

Я рванула к дверям, но Илья шагнул мне навстречу, ловя в крепкие объятия.

— Стойте, он может не так все понять. Не смейте!

Я тихо всхлипнула. Отчего-то его руки, близость тела показались мне очень приятными и успокаивающими. Ради Бога, это же Илья — тот, кто испортил мне жизнь! Тот, кто меня не любит! Тот, кто считает меня пустым местом! Отчего же мне хочется прижаться к его груди и умиротворенно закрыть глаза?