Сердце стаи - Мариана Запата Страница 98

Я не гордилась тем, кем становилась, услышав их, но посчитала, что могла отреагировать намного хуже.

Генри сжал свои темно-розовые губы и через секунду поднял руку с согнутым указательным пальцем, подзывая меня к себе.

Это вернуло меня к тому времени, когда я была ребенком и он ловил нас с Мэтти за чем-то, что нам не следовало делать. Так он командовал людьми еще с тех времен, да?

Я тут же поджала губы и не спеша перелезла через поваленные деревья и острые ветки. К тому моменту, когда я добралась до места, где стояли Генри, мужчина и женщина, – лицо Генри по-прежнему не выражало почти никаких эмоций.

Я опустила плечи и задрала лицо, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Да?

Его бровь на миллиметр приподнялась, так незаметно, что я чуть не пропустила этот жест, и в то же время его кадык поднялся и опустился. Его лицо было таким суровым. Не знай я его подростком, решила бы, что он долго репетировал перед зеркалом, да только это хорошо выходило у него уже тогда. Сейчас он просто стал еще лучше в этом.

И почему ему обязательно надо быть таким красивым?

Янтарные глаза внимательно осматривали меня.

Я настороженно улыбнулась ему.

— Ты высмеяла его волосы? – Он медленно спросил так, будто не присутствовал там все это время. Или, может, он решил, что что-то недопонял?

Я подняла руки вдоль туловища ладонями вверх и опустила их.

Генри Блэкрок моргнул.

Предводитель этой общины, меч и молот для ее жителей, уставился сверху вниз на меня.

В этот момент так легко представить его с боевым топором в одной руке и мечом в другой, с густой бородой: его скандинавские предки гордились бы им.

Неужели я уже облажалась?

Он так сильно рассердился?

Вдруг, когда я меньше всего ожидала этого, уголок его рта приподнялся, а его глаза, которыми я никак не могла перестать восторгаться – оранжево-светло-карие глаза не часто встретишь, – заискрились.

Я была сбита с толку.

Сухой грубый смешок с рокотом, неторопливо и равномерно вырвался из его груди, и я краем глаза увидела, как мужчина и женщина вдруг ухмыльнулись.

Генри не сердился?

— Мы были в паре секунд от драки, а ты сказала двухсоткилограммовому сасквочу, что у него секущиеся концы. – С каждой секундой его улыбка становилась все шире, и он даже прищурился, глядя на меня. – Ты что, черт побери, ума лишилась?

Он решил, что это забавно.

Он решил, что это забавно.

Прямо у меня на глазах Генри провел ладонью по лицу и, прикрыв ею рот, покачал головой.

Кажется, я еще ни разу не видела и не слышала, чтобы он был настолько развеселен.

Но мне понравилось.

Я раскрыла рот, закрыла его, а потом пожала плечами.

— Чуть-чуть, наверное. Он обидел меня, и мне захотелось обидеть его в ответ. – Я на секунду задумалась об этом. – Это уже слишком? Может, я перегнула палку?

Эти невероятные глаза встретились с моими, и через миг его улыбка и веселье исчезли. На его лице вновь возникло знакомое строгое выражение, с которым он как профессионал разрулил все, что случилось вчера.

— Он заслужил это. Он всех оскорбляет. Вот почему ему запрещено приближаться к общине. У нас есть йети, которому все рады, а вот сасквочи – известные засранцы, с которыми сложно жить рядом.

В чем разница между йети и сасквочем? Нужно спросить у кого-нибудь. Пока же я решила просто кивать, делая вид, будто вся эта ситуация в принципе не была немыслимой.