Желание богов - Тан Ци Страница 99

И правда, шаги… действительно все те же…

Наставнику государства захотелось провалиться под землю. В отчаянной попытке спасти ситуацию он обратился к Се Гучоу:

— Гробницу повелителя людей я, пожалуй, смогу пройти… но вода Реки Воспоминаний… Раз уж вы одолжили нам книгу перерождений, не соизволите ли подарить и несколько кувшинов воды?

Владыка оставался непреклонен:

— Без правил нет порядка. В Загробном мире свои законы, тут я не могу пойти на уступки.

Даос умоляюще посмотрел на третьего принца. Тот ободряюще улыбнулся:

— Я верю в тебя. Действуй.

У Су Цзи похолодело сердце.

Се Гучоу вдруг осенило, и он обратился к Лянь Суну:

— Кстати, возвращение души повелителя людей в его божественное тело равнозначно пробуждению из бесконечного цикла перерождений. – Он нахмурился. – Хотя в летописях богов не сказано, почему повелитель людей отказался от бессмертного тела и вступил в круг перерождений, когда люди обосновались в этом мире, нынешний мир изменился. У смертных появилось множество правителей. Он больше не их повелитель. Не навредит ли его пробуждение миру смертных?

Его высочество оставался невозмутимым.

— Ничего страшного. Он все равно проснется рано или поздно. Сейчас – не слишком рано.

Владыка Загробного мира помолчал, затем вымолвил:

— Если третий принц уверен…

В течение последующего месяца наставник государства преодолел бесчисленное множество испытаний: достал бессмертное тело повелителя людей, раздобыл воду Реки Воспоминаний и даже похитил самого Цзи Минфэна из Пинъаня, предварительно усыпив его. Осознавая, какие вопросы возникнут у пробудившегося княжича Цзи, он день и ночь ломал голову и в итоге решил просто его не будить.

Так в дупле леса Даюань оказались: бессмертное тело, даос и спящий человек – все ждали, пока третий принц завершит земные дела и проведет ритуал переноса души.

Лянь Сун вернулся на следующий день после подписания мирного договора с Северной Вэй. За семь ночей он отделил душу Цзи Минфэна от смертной оболочки, поместил ее в золотые доспехи и с помощью снадобья соединил ее с божественным телом. Третий принц преуспел.

На восьмую ночь наставник государства принес воду Реки Воспоминаний и снял золотую маску, готовясь влить воду в рот повелителя людей.

Прошли десятки тысяч лет – Су Цзи не удивился бы, увидев под маской череп. Но лицо оказалось молодым и полным жизненных сил: будто высеченное из нефрита, точь-в-точь как у Цзи Минфэна, словно он не умер, а просто уснул.

Наставник государства был потрясен, Лянь Сун же и бровью не повел: взял воду и влил ее в рот повелителя людей. После трех кувшинов он решил, что стоит заглянуть в его память до того, как он пробудится.

Так в дупле огромного дерева и возникла картина: воин в золотом и белая фигура – один лежит, другой сидит в медитации; один сосредоточенно творит заклятья, другой безмятежно их впитывает.

На рассвете молодой мужчина в белых одеждах открыл глаза. Наставник государства тут же подскочил:

— Ваше высочество, что-нибудь увидели?

Лянь Сун слегка нахмурился.

— Он меня обнаружил. – Бросив взгляд на неподвижную фигуру в золотых доспехах, он потер виски. – Похоже, скоро проснется.

Третий принц поднялся с ледяного ложа и, остановившись у нефритового столика, налил себе воды. Но лишь замер с чашей в руке, так и не сделав глотка.