Обмани меня - Арина Ларина Страница 116

Меня везли куда-то - по тёмным улицам, мимо неоновых вывесок, мимо ночного Сеула. Мама держала мою руку. Не отпускала.

— Тэджун, - прошептала я. - Позвоните Тэджуну.

— Уже позвонили, детка. Он знает.

— Он приедет?

Пауза.

— Он в Австралии, Ева. Это далеко.

Далеко.

Конечно, далеко.

Он всегда был далеко.

Больница.

Белые стены. Белые потолки. Белые халаты.

Меня положили на каталку, повезли куда-то. Яркий свет бил в глаза. Голоса - на корейском, непонятные, тревожные.

Потом - кабинет. УЗИ. Холодный гель на животе.

Врач - пожилая женщина с усталыми глазами - водила датчиком по моей коже. Смотрела на экран. Молчала.

— Что? - я схватила её за руку. - Что там? Он жив? Мой малыш жив?

Она посмотрела на меня.

И улыбнулась.

— Сердцебиение есть, - сказала она по-английски. - Ребёнок жив.

Жив.

Жив.

Слёзы хлынули - горячие, неудержимые. Я рыдала - громко, некрасиво, захлёбываясь.

— Жив, - повторяла я. - Жив, жив, жив…

Мама плакала рядом. Держала меня за руку. Целовала пальцы.

— Слава богу, - шептала она. - Слава богу.

Но радость была недолгой.

— Угроза выкидыша, - сказала врач, когда я успокоилась. - Серьёзная. Вам нужен полный покой. Никакого стресса. Никаких нагрузок. Постельный режим - минимум две недели.

— Две недели?

— Минимум. Может, больше. Зависит от вашего состояния.

Я смотрела на неё.

Две недели.

Две недели в постели. В этом городе. В этом доме.

Или нет - не в доме. В больнице?

— Мы можем оставить вас здесь, - сказала врач, будто прочитав мои мысли. - На сохранении. Это было бы лучше всего.

— Да, - сказала мама раньше, чем я успела ответить. - Да, оставьте её здесь.

Я посмотрела на неё.

— Мама…

— Ева, не спорь. - Её голос был твёрдым. - Здесь врачи. Здесь оборудование. Здесь безопасно. А в том доме…

Она не договорила.

Но я поняла.

В том доме - Юна. Мин Джи. Стресс, от которого я чуть не потеряла ребёнка.

— Хорошо, - прошептала я. - Хорошо.

Палата была маленькой, но уютной.

Одноместная - Сергей заплатил. Или Тэджун - я не знала. Белые стены, большое окно, телевизор на стене. Кровать с регулируемой спинкой. Кнопка вызова медсестры.

Я лежала и смотрела в потолок.

Рука - на животе. Там, где мой малыш. Живой.

— Прости меня, - шептала я ему. - Прости, что подвергла тебя этому. Прости за стресс, за слёзы, за крики. Я буду лучше. Обещаю. Буду спокойной. Буду сильной. Ради тебя.

Дверь открылась.

Мама.

Она вошла - с сумкой в руках, с красными глазами.

— Принесла тебе вещи, - сказала она. - Из того дома. Больше мы туда не вернёмся.

— А Сергей?

Её лицо окаменело.

— Сергей остался там.

— Остался?

— Юна попросила. Сказала - ей нужна поддержка. Муж в больнице, она одна…

Мама замолчала.

Я смотрела на неё.

На эту женщину, которая прилетела через полмира ради меня. Которая узнала, что мужчина, которого она любит - любит другую. Которая всё равно осталась - ради меня.

— Мама, - сказала я. - Иди сюда.

Она подошла. Села на край кровати.

Я взяла её руку.

— Мне жаль, - прошептала я. - Жаль, что всё так вышло. С Сергеем. Со всем этим.

— Мне тоже, - она попыталась улыбнуться. - Но сейчас это неважно. Важно - ты. И малыш.

— Ты останешься со мной?

— Конечно. - Она сжала мою руку. - Сколько понадобится.

Тэджун позвонил через час.

Видеозвонок - его лицо на экране телефона. Бледное. Испуганное. С тёмными кругами под глазами.