В холод - Нелл Уайт-Смит Страница 137

— Точка на карте, моя дочь?

Я рванулась, меня ударили, и я потерялась в боли и чувстве бесконечного отчаяния. Потом меня вздернули за волосы, заставив посмотреть в глаза стареющему мужчине, чья дурная черная кровь придала цвет моей собственной. Он повторил вопрос.

— Они считали, что удача оставила меня. Они считали, что мои годы позади, что я угас, увял и меня, считай, нет, я ничего из себя не представляю, но меня выбрали духи ликры! Но меня поцеловал Сотворитель, и только поэтому, когда я притворялся немощным, мне верили. — Он ударил меня наотмашь и, приблизившись лицом к лицу, повторил: — Только поэтому, когда я притворялся немощным, мне верили. Ты поставила точку на карте, моя дочь?

Госпожа Трайнтринн попросила меня ответить, но я промолчала. Найлок ухмыльнулся и заключил, угадав правильно:

— Значит, на карте.

Вокруг стоял шум, голоса, но они потеряли для меня хоть какой-то разумный смысл. Меня ударили снова, и я, крепко зажмурившись, окончательно растворилась в боли и чувстве отчаяния. Потом меня развязали мягкие руки госпожи Трайнтринн. Они же помогли мне сесть.

Я огляделась. В лаборатории нас заперли троих: меня, мастерицу и доктора Дрейрара.

— Я не понимаю… — прошептала я, утирая пошедшую носом кровь. — Как же так произошло? Ониже верны своим предприятиям…

— Будь они верны своим предприятиям, поножовщина нас ожидала бы раньше, — отметила мастерица. — Большинство технических работников здесь ради денег. Больших денег. Но, как видите, им пообещали еще больше.

— Когда Найлок только успел все провернуть? Он же постоянно ошивался где-то возле меня!..

— Он не успел, — отчеканила госпожа хозяйка. — За ним следили. Он никого не подталкивал к бунту. Стравливал народ друг с другом, да, но не сплачивал вокруг себя. Есть кто-то еще. Кто-то другой.

— Он сказал мне, если бы мы нашли Хрустальное Око, оперативники «Северных Линий» должны были перебить всех и уйти, словно бы экспедицию постигла катастрофа.

— Это правда.

Я замерла, глядя на госпожу Трайнтринн и надеясь, что ослышалась, но моя привычка мыслить рационально навязчиво напоминала мне простую истину: если одна гипотеза ошибочна, еще не значит, что противоположная верна.

— Это единственный шанс спасти «Северные Линии» от банкротства. Спасти многовековое предприятие. И вам, и мне оно дало все…

Ее прервал грохот выстрелов. Точнее, я знала, что настолько громким один выстрел быть не может, что в нем соединилось множество залпов одиночных орудий. Автоматизированных орудий.

— Для баллона охранная система безопасна, — тихо прокомментировала хозяйка.

— Вы же убиваете их! — сказал до того молчавший врач. — Всех!

— Не я. Они сами, — оборвала его хозяйка Сестры Восхода. — Перед выходом из лифта необходимо получить добро на нахождение наверху мачты. На него есть права у меня, мастерицы Нейнарр и мастера Рейхара. Остальные будут убиты. Емкость системы до тысячи выстрелов.

— Но они об этом не знали! — закричал врач, и госпожа Трайнтринн отдала ему знак принятия.

— Вот именно. Будь они верны, то и не узнали бы никогда.

На этом мы замолчали, и тишина вокруг нас стала гнетущей. С ужасом я ожидала еще выстрелов, но ничего не последовало до тех самых пор, пока в коридоре не зазвучали торопливые шаги. Я сжалась. Потом дернулась, думая забаррикадировать дверь, но госпожа Трайнтринн отдала мне знак оставаться на месте. Она поднялась на ноги и встала напротив двери, расправив плечи и смотря вперед спокойно, почти с ленцой. Обернувшись на меня, она дала мне совет, будто наши отношения не были только что разрушены до основания: