Застенчивый монстр - Натали Рик Страница 23

Когда мы наконец отстраняемся друг от друга, его глаза темные, почти черные от возбуждения, а дыхание тяжелое и прерывистое.

— Мила... — бархатный мягкий голос Саввы стал на октаву ниже, в нем слышится опасная хрипотца.

— Ого, — выдыхаю я тихо, пытаясь привести в порядок мысли. — А ты полон сюрпризов, Савелий.

Он тут же опускает взгляд, и на его щеках снова проступает знакомое стеснение.

— Прости... я просто. Очень давно этого хотел.

— Насколько давно, — глупо хихикаю, прижимаясь грудью к груди парня. — Мы знакомы-то всего чуть — чуть…

— Ну, вот, с первого дня и хотел, — пространно отвечает, трогательно ведя носом по моим волосам.

Я довольно улыбаюсь, поправляю воротник его толстовки и иду в сторону своей аудитории, чувствуя себя абсолютно счастливой. Я не вижу, как Савелий провожает меня взглядом, и как в этот момент его лицо лишается всяких эмоций, превращаясь в холодную, застывшую маску…

— 14 —

Я вхожу в аудиторию, едва переставляя ноги, словно иду по облакам. Губы до сих пор покалывает, а внизу живота разливается приятное, тягучее тепло. Бабочки в моем живот снова встрепенулись, ожили и теперь устроили там настоящую рейв-вечеринку.

— Эй, Земля вызывает Милу! — Яська машет рукой перед моим носом, когда я плюхаюсь на соседнее сиденье. — Ты чего такая пришибленная? И почему у тебя помада размазана до самых ушей…?

Расплываюсь в глупой улыбке и открываю тетрадь, хотя понимаю, что за всю лекцию по дискретной математике сегодня не запишу ни строчки.

— Мы поцеловались, — шепчу я подруге, распираемая изнутри от счастья.

Дебильно выгляжу, наверное, да…? Но мне плевать.

— Кто «мы!? Ты и Скромняш-Савва? — Яська комично округляет и без того большие глаза. — И как? Он хоть понял, что нужно делать, или пришлось инструкцию скачивать?

— Ты даже не представляешь, — мечтательно прикрываю веки, заново переживая тот момент. — Он был таким уверенным. Будто у него внутри сидит какой-то другой Савелий, которого он очень старается не выпускать. Я даже опешила… А ты знаешь, меня до этого довести сложно.

Яська хмыкает, но в её глазах читается одобрение.

— Ну, тихие омуты — они такие, — со знанием дела качает головой. — Ладно, подруга, поздравляю. А что там с твоим маньяком? Писал ещё…?

Я достаю телефон. Экран девственно чист. Ни одного уведомления от неизвестных лиц. Никакой пошлятины, никаких угроз. Только тишина.

— Савва поставил какой-то блок. Кажется, сработало. С обеда ни одного сообщения… Но ещё рано радоваться…

После пар Савелий ждет меня у выхода, как и обещал. Он снова выглядит как олицетворение невинности: руки в карманах джинсов, плечи чуть приподняты, мечтательный взгляд, устремленный куда-то вдаль. Но теперь я знаю, на что способны эти губы, и от этого знания внутри всё сладко сжимается.

— Привет еще раз, — робко улыбается, заправляя прядь моих волос за ухо. Его пальцы на мгновение задерживаются на моей шее, и я готова поклясться, что чувствую, как по моей коже пробегает слабый электрический разряд. — Как прошла лекция?

— Скучно. Думала только о том, как побыстрее увидеть своего зайчика, — я нагло притягиваю его к себе за лямку рюкзака.

— Ты мне дала прозвище? — левая бровь парня забавно ползет вверх. На красивых чувственных губах расцветает нежная улыбка. — Тогда я буду называть тебя бабочкой…