Двойной эспрессо с апельсином - Виктория Цой Страница 24

До 9 лет мы были с Максом не разлей вода. Несмотря на абсолютно разные характеры, всегда были вместе, пока… пока я с матерью не переехал в Швейцарию.

— Нет. Просто мы ведь братья близнецы. Наша мать бы хотела…

— Макс, — перебил его я. — После драки кулаками не машут.

Тема матери была слишком болезненной для меня. Прошел всего год с ее смерти, и я не мог спокойно говорить о ней, тем более с человеком, пренебрегавшим последние несколько лет ее звонками.

Я был в ярости от его слов. Макс опоздал со своим сожалением. Сердце пропустило несколько глухих ударов.

— Вад…

— Ты не имеешь право говорить, чего бы хотела наша мать,когда она днями и ночами пыталась до тебя дозвониться. Ты тупо игнорировал ее звонки!

На том конце провода повисло молчание, затем несколько тяжелых вздохов.

— Я сожалею. Обо всем.

— Мне пора, — отрезал я.

Скинув звонок, задержался на улице, приводя себя в чувство. Прежде чем вернуться внутрь, мне следовало успокоиться. Возможно, слова Макса были искренними, и возможно, он действительно сожалел. Только я пока был не готов принять его раскаяние. Наши родственные отношения приняли нормальные очертания недавно. Общее горе сблизило нас. Мы начали общаться. Чего не скажешь об отце. С ним вообще всегда было все сложно.

Открыв входную дверь, я замер. Воздух покинул легкие. Мир вокруг остановился, словно на пульте кто-то нажал кнопку «стоп». Ни голосов, ни постороннего шума. Ничего. Пугающее безмолвие. Я машинально схватился за сердце и почувствовал его кувырок. Это было похоже на рыбку, совершающую кульбит в воде. Тук-тук… тишина… тук-тук-тук. Я должен был начать паниковать, ведь эти ощущения были мне хорошо знакомы. Однако паники не было. Вместо нее медленно подбиралось тревожное отчаяние. Тук-тук-тук… пауза… тук-тук…пауза….тук-тук-тук-тук. Неужели снова? В виде быстрых картинок перед глазами всплывали воспоминания: привычный запах хлорки, разлетающиеся белые халаты, идеально начищенный пол, давящие больничные стены. Прикрыв глаза, приготовился к неизбежному. И вдруг резко все прекратилось. Мир снова ожил. Послышались голоса и звуки мимо проезжающих машин. Сердце билось в ровном темпе. Я огляделся. Я стоял у входа в кафе и держал открытой входную дверь. Вздохнул приличную порцию кислорода. Я живой.

Я застал ребят за бурной дискуссией. Они даже не заметили моего появления. Наши заказы уже стояли на столе. В нос ударил кофейно-цитрусовый аромат. Холодный стеклянный стакан успел покрыться конденсатом. В предвкушении я сделал глоток. Кофе на самом деле был вкусным. «Бамбл» — лучший напиток, который я когда-либо пробовал. Я ненавидел черный кофе без сахара, и тут соглашусь с Деном, предпочтение отдавал со сливками.

— Не думаю, что это хорошая идея, — сказала Лера и серьёзно посмотрела на Сергея. — Учеба только началась. Тебе стоит ответственней отнестись к ней. В этом семестре вводят профильные предметы. Забыл, как бегал пересдавать зачеты?

— Да бросьты, — вступился Ден, — Вот именно. Учеба только началась, и пока нет никаких зачетов. У нас в запасе куча времени для отдыха. Тем более есть повод.

Повисло недолгое молчание. Лера, поджав губы, водила указательным пальцем по чашке с кофе. Все дожидались ее окончательного вердикта.

— Не понимаю, что плохого отпраздновать день рождения? — обидчивым тоном пробормотала Оля.