Нам нельзя - Инна Инфинити Страница 3

Тогда же в нашем доме появился Герман. Сначала он был папиным перспективным сотрудником, а потом он сделал его своим партнером. Герман и Лена были ровесниками и сразу понравились друг другу. Они начали встречаться. До меня никому не было дела. Кроме Германа. Когда он приезжал за Леной, чтобы отправиться с ней на свидание, то всегда привозил мне какой-нибудь подарок. То куклу, то мягкую игрушку, то набор вкусных шоколадок. Может, поэтому я и влюбилась в него — потому что для всех я была невидима, кроме Германа. Даже родной отец меня не замечал. Последней каплей для меня стало, когда объявили, что Герман и Лена поженятся. Я сказала папе, что хочу переехать жить к бабушке в Санкт-Петербург. Он удивился, но сильно возражать не стал. А мачеха, я уверена, так вовсе обрадовалась.

С папой я часто виделась, он регулярно приезжал в Питер по делам бизнеса. Также иногда я приезжала в Москву, но встреч с Германом старалась избегать. Благо, я не была важным членом семьи, и больших ужинов в честь моего приезда мачеха не устраивала. Так и получилось, что Герман не видел меня десять лет. Может, он и вовсе забыл, что у его бывшей жены когда-то была младшая сводная сестра. Не думаю, что Лена хоть что-то рассказывала Герману обо мне. А я же тайно следила за его жизнью по соцсетям Лены, поэтому знаю о нем очень много.

— Ты один живешь? — задаю вопрос, заранее зная ответ.

— Да.

— Ты не женат?

Герман ухмыляется. А мне интересно, что он ответит.

— Я разведен. Детей нет.

Это и есть причина, почему они с Леной развелись. Моя сводная сестра не смогла забеременеть. Попытки эко не увенчались успехом. Но несмотря на развод с Леной, Герман продолжает вести бизнес с моим отцом.

— А что насчет тебя?

— Я тоже не замужем и детей у меня нет. А еще я первый раз в жизни вот так пришла домой к незнакомому мужчине.

— По тебе видно.

— Что по мне видно?

— Что ты не привыкла уходить из ресторанов с мужчинами под руку и ехать к ним домой.

Не могу понять, к чему он клонит.

— Тем интереснее, почему ты решила это сделать.

— Ты мне понравился, — быстро выпаливаю.

Герман скептически выгибает бровь. Я осушаю залпом оставшееся в бокале шампанское. Куда-то не туда свернул наш разговор.

— Ну да, понравился, — говорю, с шумом поставив бокал на кухонный остров. — Ты ведь сам видел.

Герман медленно обходит кухонный остров и останавливается сзади. Я разворачиваюсь к нему на крутящемся стуле. Он нависает сверху, опускается руками на стол по бокам от меня. Склоняется к моему лицу так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже. Я начинаю дрожать. В прямом смысле этого слова. Но вместе со страхом испытываю и другое чувство — желание. Внизу живота закручивается тугой узел, между ног начинается нетерпеливая пульсация, соски снова твердеют. Герман видит реакцию моего тела. Тонкий шелк платья ничего не скрывает. Он преодолевает несколько сантиметров между нашими лицами и целует меня в губы. Делает это настойчиво. Я бы даже сказала, властно. Я немного удивлена такой решительности, но тут же отвечаю на его жадный поцелуй. Герман берет мое лицо в ладони и ныряет языком мне в рот.

Я представляла себе поцелуй с Германом тысячу раз. Представляла, что наш поцелуй будет нежным и романтичным, как в слезливых мелодрамах. Представляла, что Герман будет обращаться со мной, как с фарфоровой куклой: ласково гладить и шептать слова любви. Но то, что происходит на самом деле, я не могла вообразить ни в одной своей самой смелой фантазии.