Психолог для дракона - Юлианна Винсент Страница 33

"Франческа, ты нужна мне!" — ага, как же.

"Ты единственная можешь спасти меня!" — на больное давит, мерзавец.

Будь я лет на семь моложе, возможно, я бы и повелась на увлекательную возможность удовлетворить свою больную потребность в нужности за счёт спасения этого красавца. Искренне надеясь, что он будет подкармливать эту мою потребность всю оставшуюся жизнь, находясь в глубочайшейблагодарности.

Но сейчас, спустя эти самые семь лет личной терапии, я на такие завлекухи не поведусь. Спасайся самостоятельно, пожалуйста!

Хотя, где-то в глубине души я понимала, что расплата за мое неординарное поведение в кабинете Рычуна, еще настигнет меня, причем, в самый неожиданный момент.

Где-то на краю Леса Отчаяния.

Дверь небольшой лесной хижины со скрипом отворилась, впуская внутрь прохладный ветер, леденящий душу звериный вой, доносящийся из глубины Леса Отчаяния и высокую фигуру в черном плаще с глухим капюшоном.

Житель хижины, невысокий седой мужчина с лицом, похожим на коршуна, обернулся на гостя и едва заметно ему кивнул, в знак приветствия. Капюшон тоже кивнул и хрипло спросил:

— У тебя получилось продвинуться в нашем деле?

— Немного, — ответил Коршун.

— У нас заканчивается это дрышево время! — взорвался Капюшон. — Она должна была прийти к тебе еще два лунных цикла назад.

— Кто же знал, что у этой Ведьмы окажется такая сильная ментальная защита? — проворчал Коршун.

— Ты не можешь пробить ментальную защиту какой-то девчонки? — зло удивился Капюшон. — Сильнее тебя колдунов нет во всем королевстве! Или я в тебе ошибся?

— Будешь меня торопить, — в ответ оскалился Коршун, — останешься и без Ведьмы, и без трона!

Коршун заметно нервничал. Он сам понимал, что обладает силами, которые не могли сравниться ни с кем во всем Дрэдфилде, но почему-то даже ему тяжело давалось пробить ментальную защиту этой Ведьмы. Словно, ее защищало что-то, что было не подвластно его магии.

В том, что душа, прибывшая в тело бездарной дочери маршала Юнггера, принадлежала истинной Ведьме, коих Дрэдфилд не видел с самого Кровавого Восстания, Коршун не сомневался. Они давно ее ждали. Только она могла помочь Ордену Эмоционального Сопротивления свергнуть короля и вернуть власть в руки ведающих.

Вот только у Капюшона на эту Ведьму были абсолютно другие планы и Коршун никак не мог допустить, чтобы она попала в его руки раньше, чем он, Коршун, сможет поговорить с ней и убедить ее примкнуть к Ордену.

Капюшон еще какое-то время сверлил Коршуна яростным взглядом человека, который не привык, что ему нужно ждать и, что кто-то может ему указывать, а после развернулся и вышел из хижины, громко хлопнув дверью.

— Отчаянные времена требуют отчаянныхрешений, — философски заметил Коршун вслед уходящему Капюшону.

Мужчина склонился над котлом, в котором разноцветная жидкость бурлила и постепенно превращалась в образ главнокомандующего Обители Вдохновения (от этой формулировки Коршуна аж передернуло) и, по совместительству, ректора академии Горнела Харташа.

Он протянул руки в котел, зачерпнул оттуда ладошками лицо ректора и умылся этой жидкостью. После чего зачерпнул оставшуюся жидкость жестяной кружкой и выпил все еще бурлящее зелье.

Постепенно лицо и фигура Коршуна стали трансформироваться, доставляя ему мало приятных ощущений. Когда процесс оборота был завершен, отражение небольшого зеркала, висящего на стене хижины, показывало Коршуну суровое лицо ректора, а не его горбатый нос и впалые глаза.