Бывшая жена - Марика Крамор Страница 41

— Нет!

Крепкая ладонь поглаживает мой затылок. Я вновь в приятном нежном плену.

— Насте-на… Почему ты его боишься?

Потому что Ольховский смотрит так пронзительно, что пожирает взглядом! Потому что он холодный, циничный и расчетливый, потому что от него колкие ледяные мурашки по коже, потому что он звонит с приказами и наблюдает за мной, даже когда я дома!

— Что он тебе сделал?

Глаза Дэна наполняются непроглядной тьмой, но, в отличие от темноты Ольховского, я не чувствую опасности или угрозы.

Его рот прилипает к моим губам, все терзая, терзая, терзая… так сладко и чувственно, что у меня не остается шансов, я мечтаю о том, чтобы эти ласки снова свели меня с ума…

— Так делал?

У Дэна голос охрип от возбуждения и непроизвольной тревоги, и именно сейчас я не знаю, что ответить Денису, чтобы он не наломал дров.

Ну какая же я дура, зачем вообще его впутала!

— Нет, — шепчу, почти не отстраняясь, заключаю настороженное лицо в свои ладони. — Я с ним не спала, ты это хотеть услышать? Он отправляет ко мне машину с приказом спуститься. Заваливает цветами, от которых веет могильным холодом. Настаивает на встречах и наблюдает со стороны.

— Работаешь с ним?

— Да, заканчиваю серию сюжетов о нем.

— Большая шишка, значит?

— Это Ольховский…— срывается с губ несчастное признание, и спальня погружается в тишину.

Дэн осмысливает.

— Ольховский — в смысле Илья? Наш мэр?

Я затравленно молчу, а потом неуверенно киваю.

— Ты сейчас серьезно?

Почему он так ошарашен? И занервничал. Кажется… злость его растворилась, осталась тягучая тревога.

— Абсолютно. Я около месяца назад делала подборку. Долго рассказывать. Тогда впервые с ним и столкнулась. Но настолько мимолетно, что даже не придала значения. Недавно поступила просьба от его пресс-службы снять сюжет в стиле «Один день из жизни мэра». Обязательное условие — мое присутствие на съемках. Мне это не показалось странным тогда.

Денис напрягается еще сильнее.

— И что конкретно тебя так напугало, кроме цветов и внимания?

— Он в последний раз… ненавязчиво заманил к себе в машину и связал мне руки.

Денис прячет ладони в карманах, его челюсть каменеет.

— И?

— Напугал меня, но веревку снял. Ничего не сделал, — про его прикосновения и жалящий поцелуй я лучше промолчу. — Он хочет, чтобы я к нему приехала. Уговаривает.

— Ты не поедешь.

Дэн произнес это так тихо и зловеще, что у меня сердце дрогнуло.

— Конечно, не поеду! За кого ты меня принимаешь!

— За слабую женщину, которую можно с легкостью затащить в машину! Сделать что угодно, а потом сказать, что она сама захотела.

— Я прекрасно это понимаю. У меня впереди еще один съемочный день с ним.

— Ну и отлично. Заболеешь. Не езди.

— Мне неустойку платить, Денис.

— Я заплачу.

— Нет. Давай что-то другое придумаем. Это будет нехорошо для меня.

— Больничный оформишь, и все.

— Ты же знаешь, что у нас все не так просто.

— Я тебя не отпускаю. Кстати, ты и другие фотки выстави наши.

Мотаю головой, остро осознавая, насколько бездумно я поступила.

— Не оставайся с ним одна и никуда не ходи. Запись регистратора в машине ведешь?

— Да.

— Дома видео-глазок пишет?

— Да, конечно.

— Может, у меня сегодня останешься?

— Нет-нет, ты что? Не нужно. Ему какая разница, где следить за мной? Слово-то какое ужасное.