Фамильяр на мою голову! - Надежда Мамаева Страница 41

В общем, я еще раз убедилась, что выражение «правила существуют, чтобы их нарушать» дорожных не касается.

Размышляя над этим, я терпеливо стояла на тротуаре, дожидаясь своего сигнала, когда заметила, как у противоположной стороны в углублении дороги, где можно было остановиться самоходным экипажам, притормозил один такой. И вроде бы ерунда. Мало ли подобных повозок останавливается по всему городу? К тому же эта безлошадная карета была не то чтобы статусная: без гербов и золотого тиснения. Но явно из дорогих. Лак на дверцах блестел так, что в него можно было смотреться как в зеркало. Сиденья в такой явно кожаные. Да и мотор — почти бесшумный: явно элементали в нем высшего класса. Такие коляски позволяли себе только богатые люди. Или очень влиятельные.

Но разве я таких раньше не видела на улицах столицы? Было бы чему удивляться. Но какая-то неведомая сила словно заставила меня повернуть голову именно к этой безлошадной карете. А в следующий миг рядом с дверцей экипажа очутился парень и решительно взялся за ручку той. И вроде был что тут примечательного, но… Это был знакомый малефик. Хоть и лицо его казалось словно в дымке. Неудачная личина что ли?

Впрочем больше ничем он проклятийника из академии не напоминал. Ни рубахи с видавшей виды жилеткой (вместо них — темно-серый сюртук отличного покроя, поверх которого был накинут легкий плащ с серебряной пряжкой) ни поношенных сапог (сейчас на темном красовались новые, из мягкой кожи, идеально сидевшие по ноге).

Волосы убраны в низкий хвост. В руке — трость с набалдашником из черного дерева.

Этот тип выглядел как аристократ. Двигался как аристократ, смотрел на мир как аристократ, но только тени… тени были такими же, какими я их помнила рядом с Вардом. Живыми и густыми, несмотря на яркий полдень. И они потянулись в мою сторону, будто ищейки, почуявшие дичь.

Словно что-то ощутив, парень оглянулся и посмотрел ровно на то место, где я стояла миг назад. Только меня там уже не было. Я шагнула за широкую спину толстяка, который, как и я, дожидался зеленого сигнала. И, когда тот зажегся на подвешенном артефакте, толпа пешеходов рванула через мостовую.

А малефик запрыгнул в самоходную повозку, и та покатила по улицам, мелькая длинными спицами колес в одну сторону, а я отправилась в другую.

Вот только… отчего-то возникла стойкая уверенность: под неудачной личиной — тот, кого я вчера так неудачно шантажировала. И, кстати, кто он таков на самом деле? Почему сейчас не на учебе или хотя бы не следит за мной на агромагостанции? Вопросов было много. И все они не относились к моей главной цели.

Потому тряхнула головой, прогоняя из мыслей этот рой. Не мое дело, на какие шиши катается малефик и что он скрывает. И вообще, у каждого из нас есть свой скелет в гробу… Другое дело, что у кого-то скелетов может быть столько, что гробов не напасешься. Но я не смотритель кладбища, чтобы за всеми следить! Вот! Это здоровая позиция живого и желающего еще долго таким остаться человека.

И все-таки: почему Вард был не в академии и под личиной?

Глава 8

Вернулась я в академию за полчаса до вечерней переклички. Телепортист, уже получивший свою мзду, мной более особо не интересовался. Лишь кивнул походя и уделил все свое внимание линиям переноса, что алели меж двумя столбами после моего выхода из телепорта. Маг убедился, что те исправно остывают, а значит гашение происходит как надо, — и вновь уселся за свой стол, вернувшись к увлекательнейшему занятию, от которого его оторвали: битве за престол.