Обмани меня - Арина Ларина Страница 52

— Ты её любишь?

— Да. - Он сжал мою руку. - Но иногда она меня пугает.

— Пугает?

— Она может быть… холодной. Когда что-то идёт не по её плану. А я часто делаю вещи не по плану.

Я кивнула.

— А отчим?

— Пак Мин Хо. - Тэджун улыбнулся теплее. - Он хороший. Строгий, требовательный, но справедливый. Он принял меня как сына. Дал своё имя, своё состояние, свою любовь. Я благодарен ему.

— Он говорит по-русски?

— Почти не говорит. Пытается, но получается плохо. Мама говорит лучше, но тоже забывает слова. Она не практикует давно.

— Почему?

— Потому что хотела забыть всё, связанное с Россией. С отцом. С прошлой жизнью.

Я смотрела на него.

— Ей не понравится, что я русская?

Он не ответил.

И от этого молчания мне стало холодно.

Особняк семьи Пак возвышался над Каннамом как дворец.

Я не преувеличиваю. Это был настоящий дворец. Белоснежные стены. Колонны у входа. Кованые ворота с позолоченными вензелями. Фонтан посреди идеально подстриженного газона.

За воротами - подъездная аллея, обсаженная магнолиями. Они цвели - розовые, белые, - и запах кружил голову.

Машина остановилась у парадного входа.

Дверь открыл водитель - в форме, в белых перчатках.

— Добро пожаловать, - сказал он по-корейски.

Тэджун помог мне выйти. Сжал мою руку.

— Всё будет хорошо, - прошептал он.

Я кивнула.

Но не поверила.

Холл ослепил меня.

Мраморный пол, отполированный до зеркального блеска. Хрустальные люстры - три штуки, огромные, сверкающие. Картины на стенах - какие-то пейзажи в золотых рамах. Лестница - широкая, с резными перилами - уходила на второй этаж.

Я чувствовала себя Золушкой на балу. Только без феи-крёстной и с очень неуверенным будущим.

— Тэджун-а!

Голос - женский, мелодичный - раздался сверху.

Я подняла глаза.

Юна спускалась по лестнице.

Я видела её на фотографии - той, которую показывал Сергей. Но фотография не передавала и десятой части.

Она была невероятно красива. Высокая, стройная, в платье цвета слоновой кости. Чёрные волосы уложены в идеальный пучок, ни одного волоска не выбивается. Лицо - безупречное. Высокие скулы, миндалевидные глаза, полные губы.

Она выглядела не как мать взрослого сына. Она выглядела как его старшая сестра. Или как модель.

— Мама, - Тэджун обнял её.

Она ответила - коротко, сдержанно. Похлопала его по спине.

Потом посмотрела на меня.

Её взгляд - тёмный, оценивающий - скользнул по мне с головы до ног. По платью, по волосам, по лицу.

Я почувствовала себя голой.

— Так это и есть та девушка? - спросила она по-русски.

Акцент был заметен, но она говорила уверенно.

— Да, - Тэджун притянул меня ближе. - Это Ева. Ева Валевская. Она пианистка. Вчера выиграла международный конкурс.

— Я знаю. - Юна улыбнулась. - Мы следили за новостями. Добро пожаловать, Ева.

Голос был вежливым. Но в нём не было тепла.

Совсем.

— Спасибо, - сказала я. - Рада познакомиться.

— И я. - Она протянула мне руку - для рукопожатия, не для объятий. - Пройдём в гостиную. Мин Хо ждёт.

Гостиная была размером с мою квартиру в Южно-Сахалинске.

Белые диваны, стеклянные столики, огромные окна с видом на сад. На стенах - картины. Не репродукции - подлинники. Я узнала одну - какой-то корейский художник, очень известный, имя которого я видела в музее.

У камина - настоящего, с живым огнём - стоял мужчина.