(не)верная. Я, мой парень и его брат - Джи Спот Страница 56

— Для чего тебе нужно всё это?

— Нужно и всё...

— Ну вот, опять ты упёрся...

— Бро у меня есть одна цель, я не успокоюсь, пока не добьюсь своего...

Матвей на несколько мгновений замолкает, а потом его лицо озаряет искра понимания.

— Ты опять за старое? — спрашивает он.

— Ты о чём?

— Об операции...

В воздухе повисает молчание. Макар бросает на меня взгляд полный отчаяния, но я не в силах протянуть ему даже соломинку.

— Да, — обречённо отвечает Макар.

— Господииииии... Какой же ты идиот... - голос Матвея дрожит и вибрирует, я понимаю, что он вот-вот заплачет.

— Ну и х*й с ним, бро, да я идиот. Но ты моя единственная семья... И у тебя будут глаза!

Он смотрит на меня и его лицо озаряется.

— Бро, ты должен увидеть её... Клянусь... Ты должен.

Чувствую как дрожит нижняя губа. Матвей садится на край кровати и нащупывает руку брата, сжимая её до белых костяшек. Я понимаю, чтоон не может сейчас ничего сказать, не выдав поступивших слёз. Вместо слов он утыкается лбом в грудь брата, а тот обхватывает его широкую спину руками и похлопывает по ней.

— Бро, всё будет хорошо. Со мной... и с тобой... Мы это сделаем. Ты должен увидеть свою малышку, она нереальная, — бормочет Макар, явно испытывая неловкость от такого эмоционального момента.

Понимаю, что сердце моё сейчас стучит быстрее совсем не от смущения, а от его взгляда и его слов...

"Боже, я ему точно нравлюсь..."

У меня сейчас одно желание — скорее сбежать отсюда, чтобы не ловить на себе этот обжигающий взгляд, которого мне так не хватает с Матвеем. Но побег выдаст меня с головой и чтобы хоть как-то скрыть свою реакцию я достаю телефон и бессмысленно вожу пальцем по экрану, заходя в разные соцсети.

— Если я сделаю эту грёбаную операцию, ты перестаешь рисковать здоровьем? — тихо спрашивает Матвей.

— Бро, я наверное никогда не перестану рисковать... Но ринг оставлю. В этом просто не будет смысла. Я не фанатею от того, как меня пи*дят...

— Ладно... Я соглашусь, гипотетически... Но ты скажи? На ринге ты сколотил шесть лямов?..

Макар ищет ответ в моих глазах. Я поднимаю палец вверх.

— У меня есть примерно пять лямов... Ещё один лям можно найти. Я пошарю по фондам, нароем я думаю...

— Это пи*дец. Ты не представляешь, какой ты геморрой на моей престарелой заднице, — с болью в голосе усмехается Матвей.

— Круто, для брата я всего лишь боль в очке... Прости что небо копчу, х*ле...

— Не мели чушь...

— Ладно, гости дорогие... Не пора ли вам уёбывать? Я буду топить еб*ло, — ненавязчиво просит нас уйти Макар.

— Вот уродец! — мягко рычит Матвей.

— Кстати, Линча, классные тефтельки, — Макар трогает свою грудь пальцами, там где под рубашкой соски. — И эти тоже...

Матвей делает замах чтобы дать ему оплеуху.

— Эй, бро, у меня сейчас в башке кисель... Не забывайся...

— Ладно, сучёныш, живи пока! Мы пошли.

— Линча, спасибо что заглянула... И за обед, тоже... Ты заходи без этого, если что....

И опять этот обжигающий взгляд, от которого хочется поскорее скрыться. Глядя на Макара, дерзкого, бескомпромиссного, упёртого несложно представить, о чём говорил Матвей когда вспоминал себя до операции.

— Пока, Макар, выздоравливай скорее, — тихо прощаюсья.

— Даже не обнимешь калеку? Может прижмёмся сисечками? — даже с расквашенным носом он не растерял своей дурацкой харизмы.