Мирай - Марина Зимняя Страница 56

— Вытаскивай подсос.

— Что!? — Тимур смотрит на меня изумленно.

— Под торпедой есть регулятор воздушной заслонки, в простонародье «подсос». Это ведь карбюраторная машина.

Неужели ему нужно объяснять такие элементарные вещи? Тимур по-прежнему пялится на меня удивленно.

— Нажми пару раз на педаль газа и вытягивай. — Нащупывает регулятор, качает педаль газа. — Заводи!

Машина ревет и подергивается.

— Засовывай его потихоньку обратно. Засовывай говорю!! Куда столько оборотов!? Полторы тысячи, оптимально будет.

Мотор начинает работать тише.

— Как часы, — произношу я. Двигатель и правда работает отлично. Тимур трогается с места. — Куда? — шлепаю его по коленке. — А прогреть?

— Так лето же?

— Ну и что, что лето! Масло еще не поднялось из поддона, все трущиеся детали работают на сухую. Будешь так делать и двигателю придет хана. А оно тебе надо?

— Не надо, — ошарашенно бормочет Тимур и смотрит на меня все теми же глазами по пятьсот рублей.

— Вот теперь можешь трогаться с места.

Удивительно, как быстро у меня меняется настроение. Минут двадцать назад я была в жуткой панике, и меня колотил озноб. Сейчас я чувствую себя отлично. Мы катим по дороге. Я опускаю вниз стекло при помощи ручки-крутилки. Ветер залетает в салон, играет моими растрёпанными волосами. Мотор машины ревет. Мы едем быстро, обгоняем автобус, потом какую-то старую иномарку. Вероятно, водитель иномарки остается категорически недоволен тем, что его обогнал столь древний автомобиль. Поэтому между ним и Тимуром начинаются гонки. Хорошо, что на дороге почти нет машин.

— А почему он так смотрел на тебя? — пытаюсь перекричать рев мотора.

Тимур тоже открыл свое окно, и мы летим сейчас сто тридцать километров в час. На этой машине эта скорость кажется запредельной. Мои волосы летают по салону, залетают мне в рот и Тимуру тоже. Я собираю пряди и пытаюсь скрутить их в жгут, но мне нечем их завязать. Тимур шарит в заднем кармане и подает мне резинку. Мою резинку…

— Ты о ком? Кто смотрел?

— Ну… тот мужик, который стоял около ворот, когда мы выезжали. У него был такое удивленное лицо.

— Это Егор. Он…, - запинается слегка, — мой брат. И я, наверное, его очень удивил!

— Да? А чем?

— Не знаю, — пожимает плечами он и улыбается. — У тебя есть права?

— У меня есть только обязанности, — посмеиваюсь я.

— Водить умеешь?

— Конечно!

— Хочешь прокатиться?

— А можно?

— Только с трассы сверну.

Тимур сворачивает на проселочную дорогу, а затем и вовсе ныряет в поле. Это луговина, ничего культурного на нем не растет.

— Мы не застрянем?

— Не знаю, — пожимает плечами. — Но здесь мы точно никому не навредим. Давай меняться, — выходит из машины. Я перебираюсь за руль.

По полю сильно не разгонишься, но я давно не чувствовала такой свободы как сейчас. Мне хочется взлететь, но мягкое травяное покрытие не позволяет мне этого сделать.

— Да ты, Шумахер!! — комментирует Тимур мой разворот, вцепившись в ручку над дверью. — Где ты научилааааась так водить? — еще один поворот.

— На улице! На машине я ездила только несколько раз. Но зато много раз ездила на мотороллере.

— На чем?

— На такой трехколесной штуке. Что-то вроде скутера, а позади кузовок.

— Твою мать, Роза!! Там кажется обрыв, тормози!!!

Я совершаю еще один резкий разворот и торможу машину. Глушу… Наверное, если посмотреть на поле с высоты птичьего полета, то трава на нем примята всевозможными петлями и кругами.