Единственная для дикого - Аня Истомина Страница 56

33. Образ

— Ты что? Его нельзя оставлять одного! — внезапно встрепенувшись, упирается Василиса в мою грудь.

— Да что с ним может случиться за две секунды? — усмехнувшись, оборачиваюсь и смотрю на Ваньку.

Его лицо под водой.

— Ваня!

Отпустив Василису, бросаюсь к ребёнку.

— Б-р-р-р! — из-под его головы вырывается целое скопление пузырей.

Ваня с радостным визгом поднимает голову, фыркает и откашливается, а у меня подкашиваются ноги от пережитого страха.

— Я сейчас ремень сниму, водолаз! — обещаю, тяжело дыша и опускаясь на корточки возле ванны. Хмуро гляжу на довольного Ваньку. — Так нельзя. Понял?

— Ва-ва, — грозит он мне крошечным пальчиком, явно довольный произведённым эффектом.

— Так, вылезай, пусть тебя отец моет, — подхватываю его мокрого и скользского на руки.

Ваня начинает недовольно возмущаться, сопротивляясь изо всех сил, и едва не выскальзывает из рук.

— Ам-ам, — требовательно заявляет он.

— Точно, мы его не покормили, — Василиса перехватывает эту вредную голую жопу пушистым полотенцем.

Ваня тут же переключается на её грудь, с нескрываемым интересом жамкая маленькими ладошками, и у меня неожиданно играет острая ревность к этому мелкому шкету.

Я бы тоже пожамкал сейчас эти сочные персики. Между прочим, если так разобраться, это возмутительно несправедливо, что их жамкают все, кому не лень, кроме официального мужа.

— Ты голодный? — болезненно поморщившись от щипка, Василиса осторожно убирает настойчивые руки Вани от своей груди.

— Ам-ам, — тянется он к ней снова, не сдаваясь.

— Суп сейчас будешь есть, — забираю Ваньку обратно, не в силах выносить очередное посягательство на то, что ещё недавно принадлежало мне. — Василиса, ложись отдохни. Я сам его покормлю.

— Нет, я тебе помогу, — упрямо не уступает она. — Неси Ваню на кухню, я принесу ему одежду.

Вздохнув и стараясь двигаться как можно тише, чтобы не разбудить уснувших Катю и Илью, выхожу из комнаты и спускаюсь на первый этаж.

Бросив взгляд на гостиную, замечаю свисающую с дивана ногу Анжелы и закатываю глаза.

На кой чёрт она навязалась со мной — до сих пор не понятно. Она буквально вперёд меня сиганула в машину, когда Егор уехал, и категорично заявила, что без неё мы с Василисой не справимся. Что Рите станет гораздо спокойнее, если с детьми будет находиться опытный, ответственный человек. Ну, не силой же мне её нужно было вытаскивать из салона?

Уже потом, увидев в глазах Васи ревность, я подумал, что, может, это и неплохо, что эта липучка напросилась. Но теперь, когда у нас появилась вынужденная возможность остаться относительно наедине, я очень жалею, что не высадил её возле дома.

Так бы весь первый этаж был в нашем с Васей распоряжении.

Достав из холодильника недоеденный кем-то из детей суп, грею его в микроволновке. Вручаю изнывающему от голода Ваньке ложку, чтобы не скучал и не орал.

Через минуту по лестнице спускается Василиса, одетая в мою футболку, которая доходит ей почти до колен, с подгузником и детской одеждой в руках.

Мы тандемом упаковываем извивающегося ребенка в чистое, потому что в одиночку совладать с ним просто не получается. Он крутится, брыкается, смеётся и всячески препятствует процессу.

После уже кормим.

Я держу Ваньку на руках, а Вася то и дело подносит к его рту ложку с супом, машинально открывая при этом свой. Смешная.