Развод. Свободна по собственному приказу - Ирма Шер Страница 59

Егор замирает на долю секунды. Потом делает шаг ближе и обнимает меня. Крепко. Так, крепко, будто боится, что я сейчас исчезну, растаю в воздухе, и он не успеет меня удержать. Его руки едва заметно дрожат, но я чувствую это всем телом. Он прячет лицо в моих волосах, делает глубокий вдох, словно хочет запомнить этот момент навсегда.

— Всё… — шепчу я ему в плечо. — Моя история длиною в пять лет закончилась.

Мы стоим так долго. Солнце греет мне спину, а его тепло, грудь. Тишина вокруг нас густая, но лёгкая.

Потом он чуть отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза. Его ладонь ложится мне на щёку, большой палец медленно проводит по скуле, стирая невидимую слезинку. А я даже ее не заметила.

— Я любил тебя всё это время, Варя, — говорит он низко, с лёгкой хрипотцой. Каждое слово даётся ему тяжело, будто он долго держал их запертыми внутри. — Как бы я ни отмахивался, ни убеждал себя, что поступил правильно… чувство никуда не делось. Я любил тебя даже тогда, когда говорил те жестокие слова под дождём. Любил, когда узнал, что ты вышла за него. Любил, когда видел вас вместе и хотел разбить всё к чертям. Просто прятал это глубоко. Потому что думал, что заслужил эту боль. Что так будет лучше для тебя.

Его голос надламывается на последних словах. В глазах стоит та самая ночь, тот самый дождь и та вина, которую он носил в себе пять лет.

Я молчу. Сердце уже готово сорваться, броситься к нему без оглядки, как когда-то. Но я останавливаю его. Кладу ладонь ему на грудь. Под ладонью чувствую сильные, неровные удары.

— Егор… я не могу так быстро, — шепчу я. — Я уже однажды бросилась под все обстоятельства. Думала, что любовь можно заменить благодарностью, долгом, привычкой… Я больше не хочу так. Не хочу снова разбиться…

Он кивает. Не спорит. Просто прижимает мою ладонь сильнее к своей груди.

— Я знаю, — говорит он тихо. — Я вижу, как ты теперь тормозишь себя. Как осторожничаешь с каждым чувством. И я не тороплю. Просто… позволь мне быть рядом. Позволь показать, что я не тот человек, который снова уйдёт. Я не прошу сразу всё вернуть. Я прошу только шанс. Настоящий. Без вранья. Без недосказанности. Честный. Открытый.

Мы переходим на диван. Он садится, притягивает меня к себе, и я устраиваюсь у него на груди, слушая ровное биение его сердца. Тишина становится ещё глубже.

— Мне было так больно, когда ты ушёл, — признаюсь я, наконец. Слова выходят медленно, каждое, будто маленький надрез на сердце. — Я стояла под тем дождём и чувствовала, как ты меня… вынимаешь из себя. По кусочкам. Потом долго не могла дышать по-настоящему. Просыпалась и первые секунды думала, что ты рядом. А потом вспоминала твои слова… и всё начиналось заново. Я думала, что умру от этой боли. А потом появился Антон… и я ухватилась за него, как утопающий за соломинку. Он был тёплый. Надёжный. Он видел меня сломанной и не убежал. Я решила, что это и есть любовь. Что я смогу научиться любить его так, как он того заслуживает. Но чем дальше, тем больше понимала, я просто платила долг. Своей свободой. Своим сердцем. Своей жизнью.

Егор молчит. Его рука медленно, успокаивающе гладит меня по спине, разгоняет кровь в венах, но я чувствую, как напряжены его мышцы.

— Я знал, — говорит он, наконец. Голос низкий, с болью. — Когда узнал, что ты вышла за него… я чуть не сошёл с ума. Я сам попросил его присмотреть за тобой, пока меня не будет. А он… он взял и забрал тебя. Я тогда ненавидел его. И себя. Больше всего, себя. Потому что понял: я не защитил тебя. Я тебя бросил. А он оказался рядом в самый чёрный момент.