Против течения: вторая жизнь Ирены - Юлия Стешенко Страница 114

— У цыган⁈

Такого в газетах не было. Точно не было. Уж цыган-то Ирена запомнила бы.

— Именно. Пара цыган подъехала к ферме, ведя в поводу парочку рысаков. Естественно, поклялись, что лошади принадлежат им — купили, мол, в прошлом году. Хотели в развод пустить, но срочно деньги понадобились, вот и продают. Запросили, кстати, недешево. Как будто и правда не краденые. Но фермер все равно заподозрил неладное.

— Заподозрил, значит… Но лошадок все равно купил.

— Купил, паршивец. Цену почти вдвое сбил. Вот после этого, кстати, он и уверился, что рысаки краденые. Но все равно купил. Понадеялся, что цыгане не полные идиоты.

— Прошу прощения?

— Ох. Это я прошу прощения. Увлекся, — виновато развел руками Здорек. — Не привык беседовать на профессиональные темы с дамами. Впредь буду аккуратнее в выражения.

— Да я не о том, — досадливо поморщилась Ирена. — Я не поняла: на что именно надеялся фермер?

— Ах, это! Он подумал, что лошадей, конечно, свели — но не здесь, а где-то далеко. Цыгане в таких вопросах проявляют разумную осторожность. Никогда не продают краденых лошадей там, где их могут опознать.

— Разумно. Но в этот раз, если я правильно понимаю, цыгане собственное правило нарушили.

— Не совсем. Мы разыскали табор — он не успел далеко уйти. Цыгане клянутся, что просто нашли жеребцов на лугу. Прямо за лесом, в трех верстах от того места, где ограбили Мейбаума.

— Ну надо же, как интересно… — раздумчиво протянула Ирена. — А почему цыгане решили сбыть коней здесь? Вы сказали, что обычно они так не делают.

— Ох, а вот тут забавно получилось, — хохотнул Здорек. — Рысаков двое парней нашли, совершенно случайно. И решили, что в таборе показывать их не будут.

— Чтобы не делиться выручкой?

— Именно! К тому же табор на следующий день должен был с места сниматься. Пока кто-то узнает лошадок, пока доложат в полицию… Цыгане будут уже далеко. Ищи ветра в поле.

— Но вы этот ветер все-таки нашли.

— Только потому, что речь идет о двадцати тысячах злотых. Два жеребца, пускай и чистокровные, таких усилий определенно не стоили.

— Ну надо же, как интересно… — повторила Ирена.

— О да. Весьма интересно, — радостно закивал Здорек. — Вы так быстро ухватили суть дела. Я поражен!

Какое-то время он восхвалял выдающиеся интеллектуальные способности Ирены, ее энциклопедические познания и широчайший круг увлечений. Поток комплиментов хлестал, словно шампанское из перегретой бутылки. Ирена любезно улыбалась, изображая приличествующее девице смущение, Желязный ухмылялся в усы. Когда Здорек сделал паузу, он решительно вклинился в поток славословий.

— Пан Себастиан, не в службу, а в дружбу. Загляните сейчас в полицейское управление, узнайте, что показали допросы Мейбаума.

— Думаете, он скажет что-то новое? — на красивом лице Здорека проступил отчетливый скептицизм.

— Уверен, что нет. Но убедиться все-таки нужно.

Дождавшись, когда Здорек закроет за собой дверь, Желязный развернулся к Ирене.

— Ну? И что же было не так?

— Вы о чем? — изобразила непонимание та.

— Перестаньте. Вы меня поняли. Себастиан молод, красив, обходителен. К тому же через него вы могли бы узнавать свежую информацию о нашем расследовании.

— Скорее, эту информацию узнавали бы вы. О моем расследовании, — Ирена, уже не скрываясь, ухмыльнулась, вольготно откинувшись в кресле. — Вы же для этого привели сюда пана Здорека?