Расплата - Dee Wild Страница 127

Сбоку мелькнула вторая тень, и увесистый приклад столкнулся с моим виском…

* * *

… — Да чего ты возишься-то? — злобно спросил кто-то.

— Всё должно быть чисто и аккуратно, — пробасил второй голос, добрый.

— Слушай, клеёночку ты будешь у себя в клинике стелить, а нам здесь нужна скорость и результат. — Злой голос приблизился. — Шеф сказал, что голова — самое важное. С неё и начнём, а остальное можно отпилить под корень, да ободрать оставшееся мясо.

Я открыла глаза. Тёмный силуэт возвышался надо мной.

— Смотри-ка, очнулась.

Вторая фигура, покрупнее, выдвинулась из тени.

— Тем хуже для неё, — с долей сочувствия произнёс добрый. — Не стоило тебе, подруга, просыпаться.

— Нет, так даже лучше, пусть помучается… Ты в курсе, Фредерик, скольких она на тот свет отправила? Я тебе скажу — ты не поверишь.

— Сколько?

— До хрена! Человек сорок! Завалила Дикобраза, Слесаря, Гундосого… Даже Рефата прикончила — уж Рефат был бойцом… Но эта собака больше не будет кусаться… Эй, шелудивая псина! Ну-ка, попробуй укусить! — Очертание стало ближе, раздался звонкий шлепок, но я ничего не почувствовала — лишь дёрнулся мир вокруг. Перед глазами в воздухе щёлкали расплывчатые пальцы. — Она — бревно. Можно делать всё, что угодно. Блокатор периферии будет действовать ещё часов десять. За это время мы её сто раз разобрать успеем.

— Жалко разбирать… Красивая девка-то.

— Потом сможешь с тушкой поразвлечься, — ехидно проскрипел злой. — А пока — делай дело, слюнтяй! Вот здесь…

По основанию шеи едва ощутимо прошёл наконечник маркера.

— А железки-то хорошие, — говорил злой, разглядывая меня сверху. — На них поди уже целая очередь выстроилась! Бабок поднимем нормально!

— Да неужто кому-то может понадобиться такой размерчик? Разве что подросткам…

— Дело не в размере, а в начинке. Здесь ты такие комплектующие днём с огнём не сыщешь!

Силуэты постепенно обретали чёткость. Два человека в тёмном помещении склонялись надо мной. Моё обнажённое тело, прикованное к железному сиденью, было совершенно неподвижным, я видела его, словно какой-то предмет интерьера, и не могла почувствовать — я забыла, что означало чувствовать. Стальные зажимы плотно сдавливали мехапротезы рук и ног. Через секунду сиденье пришло в движение, я оказалась на плоскости, и в глаза ударил яркий свет хирургической лампы.

— Доктор Хадсон… — слабо позвала я со дна тёмного колодца, не осознавая, что происходит, беспомощно отдаваясь волнам слабых воспоминаний. — Вы пришьёте мне новые руки?

Над самым ухом раздался хриплый хохот.

— Видать, хорошо её по голове огрели! — задорно воскликнул злой голос. — Нет, псина, мы, наоборот, тебе всё отрежем. Подставляй кровосток, Фред!

Пронзительное жужжание наполнило помещение, сбоку от слепящего фонаря показался тёмный абрис с циркулярной пилой в руке.

— А может не надо наживую-то? — неуверенно спросил добрый голос.

— Какая к чёрту разница? — пробормотал злой и надвинул на лицо пластиковые защитные очки. — Главное мозг не задеть, а об остальном ничего не сказано. Ты лучше ещё раз морозильник проверь…

Злобно визжащая циркулярка повисла перед глазами.

Раздался оглушительный грохот, что-то звонко застучало по полу. Гулкий хлопок, пронзительный крик, ещё один хлопок… Стрёкот автомата и снова хлопок — будто один за другим лопались воздушные шарики. Циркулярная пила исчезла, а лампу надо мной окутали клубы белёсого дыма.