Тени над «русским Чикаго» - Александр Домовец Страница 13

Завтрашний день обещал стать насыщенным. Встречи с полицмейстером и командиром полка, сообщение Монкевицу о первых шагах в Царицыне, приезд Алексея Афонина, ужин у Репиных… Наверняка случится что-то ещё. И некогда будет скучать. Хотя когда в служебных разъездах бывало скучно?

Засыпая, думал о Данилове. Андрей был опытным офицером, сполна хлебнувшим трудных ситуаций и опасных передряг. Как же могло получиться, что он не заметил у себя за спиной убийцу? Почему потерял осторожность? Что с ним происходило в последний вечер? Это и многое другое предстояло выяснить в Царицыне.

«Русский Чикаго», как и его американский тёзка, таил множество криминальных загадок. И не только криминальных – иначе я здесь не появился бы. Хотя, по практике, криминал и разведка порой ходят совсем рядом, рука об руку…

Глава вторая

1

Царицынский полицмейстер Николай Трифонович Подшибякин производил впечатление человека энергичного и неглупого. Мне рассказали, что в начальники он выбился из полицейских дознавателей (считай, бывший сыщик), преступный мир города знал досконально и ситуацию в Царицыне контролировал неплохо. Массивный, высокий, крупнолицый, косая сажень в плечах – ни дать ни взять, шериф «русского Чикаго».

Познакомив нас, Остен-Сакен предложил для беседы свою комнату отдыха, примыкавшую к кабинету. Там и сели, после чего я представился и показал письмо Монкевица. Нельзя сказать, что полицмейстер уж так сильно удивился. Как и голова, он тут же связал мой приезд с убийством Данилова.

— Понятное дело, – сказал он, покусывая длинный ус. – Не кого-нибудь упокоили – старшего офицера, государева человека. Самое дело для контрразведки: кто да что, да почему… – Вздохнул. – Только зря вы приехали, Виктор Петрович. Это не по вашей части. Тут в чистом виде уголовщина.

— Вы так думаете?

— Конечно. Убийство есть, а крамолы нет. Разбираемся.

Уверенность полицмейстера производила впечатление, однако меня не убеждала.

— Прошу обосновать, – сказал я коротко.

— Можно и обосновать. Убили майора Данилова, царство небесное, явно с целью ограбления. В карманах пусто. Ни бумажника, ни часов, ни даже носового платка. Одет был чисто, прилично, а это, считайте, для душегуба прямая наводка – можно поживиться. Покойник был телом крепок, сам карманы не вывернул бы. Что остаётся? Подкрался убивец сзади и ножом в спину. А тело спихнул в ближайший овраг, чтобы глаза не мозолило. Вот и вся песня, – заключил он. – Ничего антигосударственного. И поважнее людей убивают.

Замолчал, выжидательно глядя на меня. Логика в словах Подшибякина, подкреплённая большим полицейским опытом, была. Однако согласиться с ним я не мог.

— Если рассматривать убийство Данилова само по себе, то ваша версия насчёт грабежа вполне правдоподобна, – сказал я. – Но тут не всё так просто. Имя побирушки Парфёна Сорокина вам что-нибудь говорит?

Подшибякин прищурился.

— Говорит, отчего же, – обронил он. – Был убит практически одновременно с Даниловым, и найден вскорости же… А откуда вы знаете?

— Сообщили, – ответил коротко.

Ну, знал-то я из донесения поручика Бабушкина, отбитого Монкевицу после двойного убийства по горячим следам. Предстояло раскрыть полицмейстеру кое-какие детали, которые в обычной ситуации знать ему не полагалось. Но теперь деваться было некуда.