Тени над «русским Чикаго» - Александр Домовец Страница 131

Я повернулся к Звереву.

— Поручик, отправьте с фельдфебелем пять солдат. Пусть рассредоточатся возле склада и контролируют ситуацию. И если обнаружат Воронина, чтобы ни в коем случае не стреляли – он нужен только живым. Позарез! А вы останьтесь при мне.

Козырнув, Зверев кинулся исполнять.

Глубоко вздохнув, я постучал кулаком в дверь.

— Чего надо? – раздался изнутри мрачный голос.

— Воронин, бросьте валять дурака! – гаркнул я, жестом останавливая открывшего рот Пояркова. – Вы там что – думаете сидеть до второго пришествия? Выходите, поговорим. Если ответите на мои вопросы, гарантирую жизнь. Иначе пеняйте на себя! Вскроем дверь и церемониться не будем!

Повисла долгая пауза.

— Может, и поговорим, – сказал Воронин неожиданно. – Но пусть сначала все отойдут от двери метров на пять. Иначе не выйду.

По моему знаку все отошли.

— Можете выходить! – крикнул я.

Вновь лязгнул засов, и на пороге появился Воронин.

Я, конечно, ждал подвоха, но действительность превзошла ожидания. В правой руке Воронина был револьвер. Большой палец прижимал к рукоятке металлический предмет, в котором я опознал зажигалку. А в левой толстяк держал небольшой жёлто-коричневый брусок с торчащим коротким шнуром. Из карманов пиджака торчали ещё несколько таких же брусков.

— Динамитная шашка, – сказал Зверев шёпотом. – Бикфорд – секунд на пять, не больше… Хреново.

Я и сам понимал, что хреново. Так вот зачем Воронин устремился в складскую комнату! На всякий случай загодя спрятал там оружие и взрывчатку, готовился к худшему – вот и пригодилось…

— На что вы надеетесь, Воронин? – спросил я, с трудом сохраняя спокойствие. – Склад оцеплен, вам отсюда не выбраться.

— А мне, может, и не надо выбираться, – неожиданно сказал тот, оскалившись.

— Да? Останетесь тут ночевать?

— Все вместе останемся… если не выполните мои условия.

— Какие, к чёртовой матери, в вашем положении могут быть условия?

— Простые. Сейчас вы меня выпустите на улицу и дадите экипаж с кучером. Я уеду, а потом делайте, что угодно. Хоть погоню снаряжайте, но не советую. Динамита у меня хватит на всех.

Пока он говорил, я боковым зрением заметил, что поручик Зверев по шажочку сдвигается вправо.

— Условия неинтересные, – отрезал я. – А динамитом не пугайте. Пока вы его пустите в ход, мы вас десять раз успеем расстрелять.

Воронин неестественно засмеялся. Зверев ещё немного сдвинулся вправо.

— Вы меня пальцем не тронете, – сказал он. – Я вам нужен живым. А вы мне нет. И я вас буду взрывать без пощады и жалости. Попробуйте только приблизиться. – С этими словами, не выпуская револьвер, он ловко крутнул большим пальцем колёсико зажигалки и поднёс огонёк к торчащему шнуру. – Ну, кто рискнёт?

Спрятавшись за спиной своего солдата, Зверев сделал осторожное движение. Ну-ка, ну-ка…

— Погасите зажигалку, – сказал я. – Нам надо посоветоваться.

— Советуйтесь, – разрешил Воронин. – Но если через минуту вы меня не выпустите, то взорву первую шашку. Так сказать, для начала.

В этот момент поручик выхватил из кобуры револьвер. Оглушительно грянул выстрел. Следом раздался душераздирающий визг толстяка.

Пуля, выпущенная Зверевым, вышибла из руки Воронина револьвер вместе с зажигалкой, упавшие на пол с металлическим звоном. При этом ювелирный выстрел самого Воронина не ранил. Ну, может, оказались вывихнутыми пальцы, державшие оружие.