Холод на пепелище - Dee Wild Страница 132

Люк захлопнулся с финальным скрежетом, резкий манёвр швырнул меня в коридор, и я ударилась спиной о капсулу старика.

Рубка… Надо в рубку! Ноги сами понесли меня, память о каждой заклёпке на корабле вспыхивала в мозгу, словно пожарная схема, как карта спасения. С капсулой в руках я влетела в кабину и вжалась в кресло.

— Она его сбила! — заходился перегруженный динамик. — Сбила его! Агапов! Вася! Как слышите?! Мы взлетели!

— Слава всем тёмным и светлым богам! — Голос Агапова дрожал.

Будто болельщик, дождавшийся победы любимой команды, профессор, казалось, ждал именно этого момента – молча, не дыша, чтобы не спугнуть удачу.

— Василий, приём! — голос профессора сорвался на повышенные тона.

А в ответ – лишь шипение пустоты. Значит, вот так…

Неуклюже переваливаясь в воздухе, дядя Ваня на жужжащих «пчёлах» вильнул к одному из пультов, и капсула опустилась на сиденье. «Щупальце» вытянуло из недр контейнера провод и воткнуло его конец в приборную панель, пока второе деловито щёлкало ремнями безопасности. А я пристёгивала себя к креслу второго пилота.

— Курс на юг, как ты и просил, Володя, — сообщил дядя Ваня тому, кого здесь не было. — Придётся оставить Васю.

— Будем надеяться, он жив, — сказал Агапов – голос его стал собранным, деловым. — А пока… у вас только один выход отсюда – через воронку Новикова.

— Вы серьёзно? — напряглась я.

— Вам нужно пройти через Врата на глубине трёх километров. Мне же нужно точное время подлёта, чтобы я смог подать энергию. Я включу их на несколько секунд – как раз для того, чтобы вы смогли пройти.

— Надюша, маршрут на воронку Новикова, — скомандовал дядя Ваня бортовому компьютеру. — Высота сто метров, держись в рельефе местности. За сколько долетим?

— Две минуты и сорок девять секунд до цели, — сообщил бортовой компьютер бархатистым голосом.

— Таймер пошёл, — отозвался Агапов. — Боюсь, даже если Учитель согласится рискнуть и вытащить Васю, мы уже не успеем туда. Но я попытаюсь что-нибудь сделать… Первое время… если тут вообще что-нибудь останется, нам придётся пересидеть на глубине, а потом нужно придумать, как его искать среди всего этого хаоса… С Софией тоже неплохо бы связаться… если она жива, конечно… Честно сказать, староват я уже для всего этого… Но если у вас всё получится, даже в самом худшем случае это окупит все жертвы.

Дядя Ваня немного помедлил, а затем спросил:

— Володя, куда ведут эти врата?

— Неизвестно, — ответил Агапов. — Оттуда не возвращались.

— Билет в один конец, — констатировал старик.

— С высокой долей вероятности…

— Эх… Ну и в кашу же я ввязался, — пробурчал дед в своей капсуле. — Что скажешь, внучка?

— Здесь нас убьют или снова запрут в клетку. — Я посмотрела в тёмное стекло обзорного купола, за которым царила мгла. — А там… неизвестность. Наша давняя подруга. Ну а если Врата не сработают, это будет быстрый и чистый конец.

В горле стоял ком, но не страха – почти облегчения. Предвкушения. Любой конец будет остановкой, а я уже так устала бежать…

Под обзорным стеклом сквозь предрассветную темень, которая будет длиться ещё много часов, проносились скалы и клубился серый снежно-пыльный шквал. Корабль набирал ход и нёсся над самыми зубцами, пилот-призрак виртуозно вплетал машину в танцующий ландшафт.

Мы отворачивали от полыхающего розово-фиолетовыми сполохами неба. Объятое электромагнитным сиянием, оно пропускало сквозь себя быстрые белые кометы и злые красные лучи. И всё это летело с разных сторон в большой чёрный шар Стирателя, висящий над горизонтом, в котором тонуло без следа. Синие веера далёких корабельных орудий вспыхивали россыпями в пустоте и тут же гасли. Кажется, весь вражеский флот втянулся в решающий бой – вся преисподняя сцепилась в последней схватке. И всем им было совершенно не до нас…