Офицерский романс. На краю - Александр Капков Страница 161

К их столу подошла официантка, раздраженная женщина лет тридцати. Высокая и худая.

— Что будете заказывать, товарищи? – деловито и даже строго спросила она.

— А меню у вас нет? – поинтересовался Лебедев.

— Нет, – отрезала та. – Меню на обед у нас одно: первое – грибной суп, второе – котлета с гарниром. На десерт – творожная запеканка. Так что будете?

— Давайте нам два первых, два вторых и два десерта, – продиктовал Лебедев.

— С каким гарниром?

— А какие есть? – внес свою лепту в разговор Антон.

— Макароны и картофельное пюре.

— Мне пюре, – попросил Антон.

— А мне макароны, – добавил Лебедев.

— Пить будете?

Лебедев посмотрел на Антона и сказал:

— Будем. Дайте нам по триста граммов водки. С холодной закуской. Есть она у вас?

— Селедка с луком.

— Несите.

— Не многовато ли? – спросил Изломин.

— Ничего. Лишней не будет.

Официантка ушла и вернулась с графином водки и двумя гранеными рюмками. Лебедев разлил водку.

— За свободу, Антон! И за возвращение!

Они выпили.

Иван Сергеевич потыкал вилкой в селедку, подцепил кусочек и отправил в рот. Пожевал, проглотил. Откусил хлеб.

— Ты к нам насовсе? Или вещи забрать?

— Меня оставили в Москве. Со следующего учебного года буду работать в школе. Возьму трудовую книжку и уеду.

— Ты представить себе не можешь, как все наши обрадовались, узнав, что тебя освободили: Евдокия Кирилловна и другие учителя. Девочка эта, пионервожатая, заплакала. Представляешь?

Иван Сергеевич говорил, говорил, а Антон смотрел на него и гадал, что тому нужно.

— Почему ты не ешь? Закусывай. И можно по второй. За встречу.

Лебедев взялся за графин.

— Подожди, – Изломин накрыл свою рюмку ладонью. – Хватит тебе юлить, Иван. Говори. Что тут у вас стряслось?

— Да ничего не стряслось! Серьезно! Евдокия Кирилловна попросила тебя встретить.

— А как она узнала о моем приезде? Ты сказал? Что-то я тебя не пойму, Иван. Уж не думаешь ли ты прощения просить за мой арест? Так не за что. Ты не виноват. И сам это знаешь не хуже меня.

— Давай выпьем, – умоляюще сказал Лебедев. – Пожалуйста. И поедим. Потом я все тебе расскажу.

Официантка принесла заказ. Они выпили по второй и принялись за суп.

— Вкусно! – похвалил Антон.

Лебедев ел медленно, аккуратно. Изломин видел, что тот тянет время. После десерта Антон со значением посмотрел на часы.

— Давай, рассказывай.

— Даже не знаю, с чего и начать.

— А ты начни с Ксении.

По лицу Лебедева, скулы которого покраснели, он понял, что угадал.

— С ней все в порядке?

— Ладно!

Иван Сергеевич хлопнул кулаком по столу.

— Не буду антимоний разводить. Я посчитал своим долгом помочь Ксении пережить твой арест. Все же ей пришлось нелегко. О тебе ходили разные слухи. И я ее поддержал. Ты обязан меня понять. Я делал это от чистого сердца. Она мне давно нравилась, отрицать не буду. Но ты опередил. Вот я и отошел в сторону. Мы с ней после твоего ареста стали дружить, только и всего. Я при случае заходил в библиотеку. Мы говорили-то в основном о тебе.

Он разлил по рюмкам остатки водки. Не стал чокаться, выпил одним махом, а закусывать не стал.

— А на Новый Год попали мы отмечать в одну компанию. Там и завертелось. Утром я пошел ее провожать и признался…

Он остановился. С трудом сглотнул.

— Ты не думай. Мы с ней не спим вместе. Она тебя ждет. Хочет рассказать о нас.