Друг с далёкой планеты - Тамара Михеева Страница 5

— Комаров! Наташа! Сколько можно болтать на уроках! Так, всё, Наташа, бери свои вещи, садись к Даше. Ира, пересаживайся к Комарову.

Ира заныла, Даша обрадовалась. Олежка забыл, как дышать. Он так и сидел, набрав воздух в лёгкие, пока Наташка не сжала ему руку под партой, будто говоря: «Ничего, всё равно мы будем дружить, правда?» И они по-прежнему ходили вместе домой и на переменах иногда играли вместе. Олежка всегда старался попасть с Наташкой в одну команду, если класс делили, и мечтал, чтобы их снова посадили за одну парту. Но их почему-то не сажали. В четвёртом классе Олежка подсунул Наташке в портфель открытку на День святого Валентина. Ну и что? Все кому-нибудь посылали валентинки, и он послал. Только не подписал – и потом целый месяц и боялся, и хотел, чтобы она догадалась.

А потом он вдруг заметил, что Глеб Кокорин всё время крутится рядом с ними. А когда на выпускном из начальной школы Наташку с Глебом поставили в пару танцевать вальс, Олежка вдруг понял, что они всё время вместе, Глеб и Наташка. То на переменах стоят в сторонке, шепчутся, то в столовую вместе идут, то домой… Когда в начале пятого класса их новая классная Ольга Юрьевна посадила Наташку и Глеба вместе, Олежка так сильно сжал под партой кулаки, что стал красным как рак, и тихая Надя Щелокова, его новая соседка, испугалась:

— Тебе плохо, Комаров?

С Наташкой они как-то постепенно раздружились. Ну а как дружить, если всё время рядом крутится этот Кокорин? Только иногда Наташка о чём-нибудь его просила. И он, конечно, на всё соглашался и всё время надеялся, что Глеба не будет. Не то чтобы никогда не будет, а хотя бы в этот раз.

У Екатерины Даниловны было шумно. Первоклашки носились, как головастики, по всей рекреации и в классе тоже. Один даже по партам прыгал, а Екатерина Даниловна делала вид, что не замечает. Но прозвенит звонок, и ему попадёт, Екатерина Даниловна всегда так: будто не видит, а потом выговаривает. И ты сидишь, повесив голову, потому что стыдно, когда перед всем классом отчитывают. Уж Олежка-то знает, Екатерина Даниловна – их первая учительница, они только месяц как в пятом классе учатся.

Олежка пожалел мальчишку, а Наташка крикнула:

— Эй, Ванька! А ну слезай с парты! С ума сошёл! Навернёшься!

— Не навернусь! – весело ответил Ванька.

— Ах так? Тогда останешься после уроков и будешь мыть все парты до единой!

— Я же разулся! Я же в носках прыгаю! – тоненько и жалобно возмутился Ванька и слез с парты.

— Спасибо, Наташа, – сказала Екатерина Даниловна, но почему-то нахмурилась.

— Екатерина Даниловна, вот Олег Комаров сделает медали, а мы с Глебом класс украсим, у ваших же сейчас всё равно физкультура? Вот они придут, а тут уже красиво…

Опять этот Глеб, везде этот Глеб! Олежка вырезáл из разноцветного картона медали и думал, что, если бы они жили давным-давно, он убил бы Кокорина на дуэли. Взял бы огромные такие пистолеты. Бах, бах! Он бы не промахнулся, потому что был бы натренированный.

— Олег! Ну ты что? Ты же всё испортил! Посмотри! Ты не то вырезаешь совсем!

Олежка поднял на Наташку глаза, а потом посмотрел на листы, из которых вырезал медали. Круги получались ровные, большие, чего ей не нравится-то? Наташка перевернула картонный лист, и Олежка увидел, что там, на другой стороне, эти медали уже напечатаны! И подписаны: «Интеллектуальный марафон, 1 „Б“ класс, победителю». Он думал, что ему придётся подписывать самому, ведь у него почерк лучше всех в классе и Наташка только поэтому его позвала! А теперь он вырезал круги с другой стороны и всё испортил! Ни одной целой медали не осталось!