Офицерский романс. На краю - Александр Капков Страница 82

— Не хочу. Мне не нравится, что ты будешь кого-то там просить. И что это за знакомый такой? Я начинаю тебя ревновать!

Антону стоило усилий достоверно изобразить ревность. И он боялся, что девушка подметит фальшь в его голосе. Мерседес предпочла ее не заметить.

— Для ревности нет оснований. Дитер Шульц – мой знакомый и ничего больше. Я лишь думала тебе помочь. Но если ты не хочешь, я не буду его просить.

— Отчего же? – пошел Антон на попятный. – Раз ты говоришь, он может найти дядю, то сведи меня с ним. Я в таком положении, что любая помощь не повредит.

Позже, на пляже, уже расставшись с девушкой, Антон поделился своими мыслями с Сироцким. Молодой разведчик напрягся и изменился в лице.

— Надо сообщить в Монтевидео.

Антон отрицательно покачал головой.

— Не надо ничего сообщать. Пока, во всяком случае. Мы с тобой и находимся здесь для этого. Чтобы на нас выходили все заинтересованные в деле лица. Сообщишь, когда я встречусь с Шульцем. Пока же это все мои предположения. Ясности нет.

— Как вы думаете, кто это? Немецкая разведка?

— Похоже. Да. Они особо не скрывают свою национальность. Чувствуют себя в Уругвае в полной безопасности. Видишь, и им Столяров понадобился. Не только вам.

Евгения, впрочем, волновала сейчас не немецкая разведка. Он сосредоточенно молчал, водя пальцем по песку. И Антон догадался, о чем тот думает. Но высказываться не торопился. Пусть сам спросит. И Сироцкий спросил:

— Антон Юрьевич, как вы считаете, Ильзе тоже шпионка? И со мной она по заданию?

Изломин усмехнулся. Он почувствовал себя Атосом, наставляющим юного д’Артаньяна. Вот только не спешил раскрывать Евгению изнанку любви.

— Нет, Женя. Вряд ли твоя девушка напрямую связана с разведкой нацистов. Полагаю, ее использовали для нашего знакомства с Мерседес, не посвящая в суть. И встречается Ильзе с тобой по собственной инициативе. Понравился ты ей. Вполне такое возможно. Ты что? Сомневаешься?

— Не знаю.

Сироцкий сокрушенно запустил пальцы в свои волосы.

— Я раньше с таким не сталкивался.

— Она тебе нравится, – утвердительно сказал Антон. – И ты не знаешь, как тебе быть.

— Нравится! – подтвердил Евгений. – Я чувствую, Ильзе хорошая. Понимаете?

— Отчего же не понять. Понимаю и сочувствую. Не надо тебе, Женя, пускать эту хорошую девочку к себе в сердце. В нашей ситуации привязанности ни к чему. Только вредят. Ты не думай, я не осуждаю тебя. Сам однажды оказался в подобном положении. Поэтому советую тебе, Женя, закрыть свои чувства на замок, а ключ выбросить.

— Тяжело! – вздохнул Сироцкий.

— Еще как тяжело. Однако надо! И тяжесть не в том, чтобы отказаться от девушки, а в том, что надо продолжать с ней видеться. Причем вести себя как обычно, чтобы она не догадалась об изменениях в ваших отношениях.

Антон сбросил полотенце и встал на ноги.

— Пойдем-ка, друг мой Адонис26[26], купаться. Я, вообще-то, в наставники не гожусь. Это ты у нас кадровый, а я так, любитель. И подневольный к тому же. Но к начальству твоему с таким вопросом подходить не советую. Решать следует самому.

Темноволосый и загорелый, с поджарым мускулистым телом, он направился к океану, пружинисто ступая по песку. Сироцкий догнал его. И они пошли рядом, заходя в воду все глубже, пока не пустились вплавь навстречу бегущим волнам.