Холод на пепелище - Dee Wild Страница 91

— О тебе будут говорить, — с ноткой зависти заметил один из собеседников. — А это что за голова? Кажется, андроид какой-то – вон, механика торчит…

— Была при ней, когда её чуть не затянуло обратно. Обеими руками пыталась держать, так я её еле вытащил! Тащу, а она мне не помогает, как будто этот кусок железа дороже всего на свете! Думал, железка оторвётся, но, вроде, выдержала.

— Проверь-ка, не вернётся ли Страж…

— Нет, уже два километра. Уходит по той же штольне.

— Получается, он сюда и поднялся, чтобы принести её… Такое я вижу в первый раз. Я вообще и знать не знал, что они так могут!

— Я тоже. Учитель не говорил, как это случится…

— И тебе повезло. Если бы я ждал у этой штольни вместо тебя… Впрочем, ладно. Зовём Учителя?

— Зовём. Он тогда так и сказал: «Явятся чужеземцы, и придёт война, и та, что с головой в руках – недостающее звено».

— А теперь ещё и о Стражах новое узнали…

Я открыла глаза и увидела поодаль два овала с жёлтыми окулярами над бурыми плащами. Затем огляделась и осмотрела себя. Две ноги и рука тускло отсвечивали металлом.

— Проснулась, — заметил один из них.

— Где я? — хрипло вырвалось у меня.

— На самом глубоком слое, над водой, — отозвался один из силуэтов.

— А вы кто?

— Выжившие, — кратко ответил он.

— Вот оно что…

— Я позову его сюда, — нетерпеливо сказал второй и растворился в полумраке.

— На поверхности идёт война, — протянул первый, провожая напарника взглядом светящихся изнутри окуляр. — И перевес явно на стороне врага… Впрочем, у нас там друзей нет.

Я вспоминала слова Софии, которую встретила после пробуждения. С тех пор, кажется, прошёл час или около того.

— Сколько вас?

— Так я тебе и сказал, — глухо усмехнулся он. — Достаточно того, что каждый из нас стоит десяти поверхностников. Их нежные руки уже отвыкли от настоящей работы, а роботы делают за них всё. Годами. Один электромагнитный импульс – и… Всё, как и сказал Учитель.

«Учитель… Ну конечно, куда же без этого… Если есть бог, значит, должен быть и пророк…»

— А этот ваш Учитель часто ошибается? — поинтересовалась я.

— Никогда, — ответил собеседник, пожав плечами.

Он жестом указал в глубь туннеля и неторопливо двинулся, не оглядываясь. У меня не было сил на сопротивление, да и выбора, по правде говоря, тоже. Я поднялась, чувствуя в висках знакомую, струящуюся боль – предвестник новой волны забвения, – и поплелась следом, прижимая к груди холодный пластик искусственной головы – единственный компас в этом подземном мире…

* * *

… — Хорошо ли тебе известно, кто ты? — глухо осведомился сквозь защитную маску неподвижный человек, похожий на камень.

Закутавшись в свинцового цвета плащ, он смотрел в воду, в которую погружалась дуга каменного туннеля.

— Смерть – мой попутчик, — вырвалось у меня, когда один из островов воспоминаний всплыл над водой беспамятства. — Она дышит мне в затылок. Идёт следом и забирает всех, кого я успеваю полюбить. И каждый раз, оборачиваясь, я вижу очередной скелет…

На ворсинках мха, которым был укутан скруглённый туннель, отражались голубоватые блики, игравшие на воде под лёгкой дымкой испарений. Я сидела на самом краю, у кромки, и живые пальцы были опущены в эту воду.

— Ты чаще других замечаешь неизбежное, но я спрашиваю не о том, — сказал рослый незнакомец. — Каково это – разделять своё тело с чем-то ещё? С другим существом. С тем, что у тебя в голове.