Новая жизнь - Майя Саммер

Глава 1. Снежные воспоминания

Декабрьский вечер окутал Подмосковье морозной дымкой. Я стояла посреди гостиной нашего уютного, но немного устаревшего коттеджа, бережно развешивая хрупкие елочные игрушки на скромной ели. Каждый шарик, казалось, нес в себе тяжесть воспоминаний – мой недавний развод, предательство мужа, горький привкус одиночества. Моя двухлетняя дочь Маша молча помогала мне, интуитивно чувствуя мое подавленное настроение.

Я осторожно достала из коробки серебристую звезду, и мои пальцы невольно задрожали. Эту звезду мы купили с бывшим мужем в первый год нашего брака, когда будущее казалось таким ярким и многообещающим. Теперь же она напоминала о разбитых мечтах и утраченном доверии.

- Мама, можно я повешу эту? – тихий голосок Маши вырвал меня из горьких размышлений. Она протягивала мне блестящий шарик, расписанный снежинками.

- Конечно, солнышко, – я попыталась улыбнуться, но чувствовала, что улыбка не достигает глаз. Опустившись на колени рядом с дочерью, я помогла ей закрепить игрушку на ветке. Маша, довольная своим достижением, захлопала в ладоши.

Глядя на ее светящееся личико, я ощутила, как сердце сжимается от любви и боли одновременно. Любви к этому маленькому чуду, которое стало смыслом моей жизни, и боли от осознания, что теперь мне придется растить ее одной.

- Мамочка, а почему ты грустная? – Маша внимательно посмотрела на меня своими голубыми глазками, так похожими на мои.

Я глубоко вздохнула, пытаясь подобрать слова.

- Знаешь, милая, иногда взрослые грустят, вспоминая прошлое. Но это ничего, главное, что мы с тобой вместе.

Маша обняла меня своими маленькими ручками, и я почувствовала, как к горлу подступает ком. Как объяснить двухлетнему ребенку, что ее отец променял нас на мою младшую сестру и её дочь? Как рассказать о предательстве, которое разрушило нашу семью?

Внезапно тишину нарушил звонок моего телефона. Я неохотно отстранилась от дочери и взяла трубку. Это был мой начальник, Андрей Петрович.

- Нина Сергеевна, добрый вечер. Извините за поздний звонок, но у нас возникла срочная ситуация с проектом Соколова. Вы не могли бы завтра приехать пораньше? Нужно обсудить стратегию до встречи с клиентом.

Я почувствовала, как внутри все сжалось. Этот проект был крайне важен для нашей компании, ия знала, что от его успеха зависела моя карьера. Но как же Маша? Я обещала ей, что завтра мы вместе испечем имбирные пряники.

- Андрей Петрович, я... я постараюсь. Во сколько нужно быть? – мой голос звучал неуверенно.

- К восьми было бы идеально. Я понимаю, что это рано, особенно учитывая вашу ситуацию, но... – он замялся, явно чувствуя себя неловко.

- Нет-нет, все в порядке. Я буду, – я быстро прервала его, не желая вызывать жалость или обсуждать свою личную жизнь.

Закончив разговор, я обернулась и увидела, что Маша уже задремала на диване, крепко прижимая к себе плюшевого медвежонка. Я осторожно укрыла ее пледом, чувствуя, как разрывается сердце от невозможности быть одновременно идеальной матерью и успешным профессионалом.

Вернувшись к елке, я заметила фотографию в рамке, висящую на одной из веток. На ней мы с бывшим мужем и новорожденной Машей – счастливая семья, которой больше не существует. Я провела пальцами по лицам на фотографии, ощущая, как к глазам подступают слезы.