Хранимы небесными псами - Лена Тулинова Страница 10

— Не слишком вы вежливы, — ответила Лючия. — Будем знакомы?

— Что мне с ваших знакомств. Смотри за своим хозяином получше, трезорка, иначе останется даже без мелочи на проезд. Хотя, — не без гордости прибавил лис, — сколько хочешь смотри, а всё равно останется. Моя Фердинанда, она такая!

— Фердинанда, — фыркнула Лючия.

Имя, надо сказать, подходило для фырканья. Попробуй-ка фыркни какую-нибудь «Эльзу» или «Миланику»!

— Она у тебя мошенница или воровка? — спросила Лючия, усаживаясь рядом с лисом.

— Всё помаленьку, — мурлыкнул лис. — И ещё ловкая соблазнительница!

— Ну, судя по тому, что мой хозяин ей даже кофе до сих пор не предложил, не такая уж она и ловкая!

— Будьте добры, какао со взбитыми сливками для этой дамы, — тут же опроверг слова Лючии Кармин.

— Видала, трезорка?

— Не называй меня так, проныра, — беззлобно огрызнулась Лючия. — Ваше пронырское воинство просто недостойно хранить людей, если вы подбиваете их делать всякие гадости.

— Без маленьких сладких гадостей мир будет даже не кислым и не горьким — он будет пресным, детка, — сказал лис. — Не переживай, мы немножко развлечёмся за ваш счёт, и уйдём. Мы с Фердинандой не какие-то там пропащие.

Лючия всё-таки ощетинилась. Не стоило ему напоминать о пропащих таким славным солнечным утром. Лис наблюдал за нею янтарным лукавым глазом. Одним. Второй у лиса был сощурен. Хранительнице он даже понравился: этакий старый, тёртый калач, хитрющий, как вся подземная рать, и всё-таки совершенно не злой. Да и от похожей на лисичку рыжей девушки веяло вовсе не пакостями и гадостями, а просто любопытством и желанием развлечься.

Положа лапу на сердце, хранительница была бы вовсе не против, если бы её и лиса подопечные немножко развлеклись вместе, но… но нет. Она уже всё решила: к концу Двенадцатой Луны у Кармина будет не какая-то там интрижка, которая закончится ничем, а вовсе даже настоящая любовь! А если уж идти к цели, то не сворачивая в сторону!

Поэтому,когда хранительница увидела, как ножка прекрасной Фердинанды в узконосом сапожке на скошенном каблуке оглаживает щиколотку Кармина над ботинком, Лючия взяла судьбу своего хозяина в свои лапки.

Стала на секундочку материальной да как оттолкнула ногу Фердинанды от хозяйской прочь! Изо всех сил! Будто бы это он сам. Подлетела так, чтобы видеть лица хранимых, и с радостью заметила, что Фердинанда-то малость растерялась. Оказывается, пока она там ногой отвлекала Кармина, рука её потихоньку забралась к нему под пальто, в задний карман брюк. А Кармин-то хорош, как разомлел! Что, как он себе думал, эта лиса там делает под его одеждой, глупый человек?

— Глупый, глупый, глупый, — разволновалась Лючия и заставила столик вздрогнуть.

На серо-рыжую беличью шубку полилось какао с жирной сливочной пенкой. Лис выскочил из-под стула хозяйки и сердито зафыркал на Лючию:

— Как ты смеешь?

Кармин предложил Фердинанде салфетку, но девушка даже не взглянула на него, расстроенная испачканным мехом. Она расправила пострадавшую полу шубки, и из кармана выпал кошелёк Кармина, который она успела-таки утянуть.

— Да чтоб вас, — сказала девушка с негодованием, — разве нельзя быть аккуратнее?

Лючия поставила лапы на упавший кошелёк и тявкнула — так, чтобы её стало слышно. Парень обернулся на звук, опустил взгляд и с удивлением поднял потерю.