Та, кого я не любил - Лу Берри Страница 10

Но это, наверно, свойственно многим людям в возрасте двадцати лет — жить эмоциями, а не разумом…

Ей тогда хотелось любить. Отчаянно, порывисто, на всю катушку. И она любила — Витю. А вот теперь…

Понимала, что очень хочет, чтобы кто-то любил её. Потому что Витина любовь больше походила на кошмар.

Вообще-то, он всегда был ревнив. Когда она была моложе и наивнее, ей это безумно нравилось, казалось лучшим доказательством его чувств. Но с годами…

Его ревность стала все более жестокой, дикой, неадекватной. Любовь, которую она себе придумала,переродилась в болезненную зависимость, подчинение, даже страх…

Он запрещал ей ходить куда-либо без него, а если все же и отпускал — устраивал долгий допрос, куда именно она идёт и с кем. Звонил, проверял…

Устраивал разборки, если какой-то мужчина смел просто на нее посмотреть. И да, он её бил, если ему что-то не нравилось.

А она терпела.

Она просто не знала иной жизни.

А Лада — знала.

Её жизнь казалась Ане сказкой. А Никита… идеалом.

Измученная своим браком, но неспособная выйти из него, разорвать этот порочный круг, Аня порой находила отдушину в чужом муже.

Нет, между ними ничего не было. Но она знала — будет, если она только захочет, если только поманит.

Аня видела и знала — Никита её все ещё любит. Это льстило её самолюбию, приносило покой растревоженной душе.

Ей нравилось находиться рядом с ним, ловить порой его полные тоски и обожания взгляды, которые больше никто не замечал…

Ей нравилось думать, что он — её запасной аэродром на случай, если все в жизни окончательно пойдёт не так…

И этот случай настал. Витя перешёл черту. Витя ударил их сына.

И Аня поняла — пора спасаться. Пора позволить любить себя тому, кто этого заслуживал. Кто мог ей помочь… кто ей не откажет.

Было ли ей жаль Ладу? Да. Но себя саму — гораздо сильнее.

И Аня отважилась.

Сбежала от мужа. Напросилась к Ладе в гости…

И собиралась соблазнить Никиту.

* * *

— Доброе утро. Помочь?

Аня расплылась в улыбке, войдя в кухню, где Лада уже колдовала над завтраком.

Притворяться становилось все невыносимее, но не могла же она прямо заявить подруге, что явилась увести её мужа?

Которого сама же когда-то и отвергла, о чем Лада даже не подозревала.

Хотя, наверно, так было бы честнее. Но Аня не была дурой. Сначала хотела прощупать обстановку, понять, что Никита готов ради неё на все и уж только потом — портить отношения с подругой…

— Не надо, — коротко откликнулась Лада. — Я уже напекла оладушек, последняя партия вот…

Она кивнула на сковороду и Аня снова натянула на лицо свою до невозможности фальшивую улыбку.

— Ник спит ещё? — спросила как бы между прочим.

— Да, любит подрыхнуть в выходные, — откликнулась Лада. — Но ты ведь и сама знаешь.

В её словах Ане почудился какой-то намёк.

— Да? — переспросила наивно.

— Конечно.Каждый раз, как мы к вам на дачу приезжаем, он кое-как к полудню встаёт.

— Точно.

Они замолчали. Аня наблюдала, как Лада ловко переворачивает оладушки — подруга всегда была хорошей хозяйкой. Ане даже казалось, что Ладе все даётся как-то очень легко, просто… Будто она не живёт, а порхает по жизни, как бабочка.

Сама Аня терпеть не могла весь этот быт и мечтала о домработнице. Но Витя был против того, чтобы к ним домой приходил посторонний человек и, как он говорил, рылся в их вещах…