Останься со мной - Лила Каттен Страница 10

— Что навело тебя на эту мысль?

— Не знаю. Просто ты была отстраненной, Вик, — ладони легли на талию, а я оказалась в крепких руках.

— Ты не сказал мне о планах в книге… Это было немного странно. Ты всегда посвящаешь меня в процесс. Почему сегодня я узнала об этом со всеми.

— Не знаю, — горячие губы легли на мое плечо, а пальцы сдвинули платье в сторону на нем. — Придумал и стал работать над изменением текста. Как-то не успел.

— Как думаешь, к сентябрю закончишь? — наклоняю голову, позволяя его ласке сместиться от шеи к уху.

— Пока не знаю. Мыслей так много… Это будет бомбой.

— Я знаю… Потому что верю в тебя больше, чем кто-либо.

Эту ночь мы провели практически без сна.

Андрей был ласков и обходителен. Нежен и груб. Мой муж был только моим, и я поняла, насколько сильно я хочу вырвать его из лап литературы. Насколько сильно хочу быть долбанной эгоисткой.

Я обхватила его руками и ногами, когда он сел со мной на кровати, едва переводя дыхание после секса, и внезапно заплакала.

Мне не хватало его… Очень не хватало. И аромат жизни внезапно стал таким приятным. Моя жизнь пахнет им, и я боялась больше всего потерять именно это… потерять нас.

— Вик… — шепнул Андрей, не совсем понимая мои действия.

— Прошу… давай так посидим, хорошо?

— Конечно, — он отсел дальше к спинке кровати и накрыл нас, покрытых испариной, тонким пледом.

Напитываясь этим моментом. Своим мужем… я словно восстанавливала свои силы.

— Все хорошо?

— Пообещай, что закончишь книгу к концу сентября… Прошу, пообещай.

Прошло уже почти четыре месяца, и я осознавала, что состояние мое не улучшается. Я иногда плохо вижу, что обуславливалось расположением опухоли. А головная боль так невыносима, что и слышать перестаю.

Чтобы Андрей думал, что я работаю, я до вечера нахожусь у мамы по будням, а на выходных сижу дома. Тишина внезапно стала и другом, и худшим врагом.

— Я… я даже не знаю…

— Пообещай. Это важно. Умоляю… Я знаю, что это сложно, но…

— Ты что, беременна?

Его вопрос так сильно ранил… Он напомнил мне еще одно дело, которое я так и не смогла осуществить. Еще одно, чего меня лишали три проклятых буквыР А К.

— Нет, — улыбаюсь, чтобы задать настроение, ведь он слышит мои эмоции, так же, как если бы видел мое лицо. — У нас ведь есть план на этот счет, не так ли?

Я улыбалась, а из глаз текли слезы, которых он не должен видеть… и не увидит.

— А мы нарушим его — этот план, поняла. Как только напишу, сразу же…

— Пообещай, — прикусываю его за шею, а пальцами зарываюсь в волосы.

— Я постараюсь, ладно? Но стараться буду очень сильно. Если сейчас перестройка того фрагмента пройдет отлично, и Аня одобрит, то, скорее всего, закончу даже чуточку раньше. А как отдам окончательно в печать, то мы поедем на море.

— Хорошо… Спасибо.

— Ты сегодня странная… и такая соблазнительная.

Эта ночь реально дала мне выдохнуть. Почувствовать любовь и ласку моего мужа. Человека, в котором я нуждалась больше всех.

У нас немного друзей. А те, что есть, о моем состоянии не знали. На работе, разумеется, я тоже никому ничего не сообщила и начальника попросила не разглашать информацию. Никто не мог сообщить ничего Андрею…

К сожалению, он и сам ничего не замечал. И это стало ранить.

Я худела. Моя кожа становилась все хуже. Настроение и все состояние в целом тоже. А он… ОН не видел ничего.