Влюбиться в Март - Ася Исай Страница 10

Зараза морочила мне голову последние несколько недель, не признаваясь, кто она на самом деле.

Я тоже тот еще идиот. Мог бы и имя спросить.

“И повежливее быть”, — тихо напоминает совесть.

Марта танцует.

Раньше я видел ее только в мешковатом худи. В цветочном постоянно холодно, но сейчас… Не знаю как ей, но я точно в огне. Пламя пожара не так обжигает, как она.

Руки скользят по телу, обрисовывая перепад от бедер к тонкой талии и выше к идеальным каплям груди.

А я, болван, представляю там свои лапы и чтобы мог со всей этой красотой сделать.

Ее распущенные волосы, мягкими кудряшками доходят до талии и почти прикрывают ямки Венеры.

Надо бы отвернуться и обнаружить свое присутствие, но я, кажется, даже не моргаю, чтобы не упустить ни единого движения.

Вроде не сопливый пацан, но абсолютно теряю дар речи от такого вида. Эрекция рвет брюки.

Чем я заслужил это наказание? Или награду?

Боюсь пошевелиться, чтобы не спугнуть дивную птицу. Даже мысли сажу на цепь и запрещаю им разбегаться в разные стороны.

Она роскошна и кроме: “Моя, моя, моя”, в голове больше ничего и не варится.

Взмах ее волос и неожиданное “охренеть” я выдыхаю, кажется, вслух. Потому что она резко оборачивается, будто меня услышав.

На долю секунды между нами воцаряется тишина. Она замирает, и только музыка все также продолжает орать в наушниках.

Марта не визжит, не убегает.

Она с королевской гордостью, ровной спиной и ужасом в глазах идет в мою сторону.

Я уже готов принять ее в свои объятия, но она неожиданно обламывает меня, сворачивая к кухонному островку. Сметает со стола прихватки и пытается ими прикрыть все свои прелести.

Но становится только еще горячее.

Марта, кажется, это понимает сама. Потому что ее щеки вспыхивают еще ярче.

Неожиданно вспоминаю, что спасать людей в беде вроде какмой профиль. Решаю ей помочь.

Сам себе обламываю самое роскошное зрелище, которое только видел в своей жизни, и не глядя, одним резким движением, срываю с крючка на стене передник.

Верхние завязки порвались и свисают уставшими лохмотьями. Марте все время приходится придерживать верх, потому что ее пышная грудь так и норовит выпрыгнуть.

А еще отражение в зеркале за ее спиной… Боже, да она настоящая мечта.

Она оборачивается, вспомнив о зеркале, и прижимается спиной к кухонному гарнитуру.

— Вы! Вы что здесь делаете? — злится так натурально, что я даже начинаю сомневаться в своих выводах по поводу причастности этой фурии к запискам на салфетках.

— А ты не знаешь? — смотрю ей исключительно в глаза, хотя ниже открываются виды куда интереснее.

— Нет?

— Это вопрос или ответ, Марта? — делаю шаг, не оставляя между нами пространства.

Она вздрагивает, услышав свое имя, но я успеваю заметить, как на долю секунды уголки ее губ поднимаются в улыбке.

Марта легко может сбежать. Если бы хотела, давно бы это сделала. Огоньки в ее глазах разгораются все ярче.

Мелкая нахалка стоит, краснеет и так страстно кусает губу, что я не могу ей позволить делать это одной.

Медленно наклоняюсь, вдыхая ее аромат. Запираю ее в своих объятиях.

Касаюсь уголка губ. Нерешительно. Будто в первый раз.

Она дрожит. Будто и вправду первый. Робко отвечает на поцелуй, но пламя пожирает нас обоих, и я съедаю ее губы.