Влюбиться в твою улыбку. Книга 3 - Цин Мэй Страница 107

— Вот дрянь всякую детям перенимать не надо!

Паренек опешил и, повернувшись, посмотрел на девушку. Выражения лица в темноте было не разобрать.

— А, это ты…

Было заметно, что у него все еще ломается голос. Тон был немного вальяжный, словно и не Волк покраснел и разлил воду лишь оттого, что с ним поздоровались.

А вот настроение у него было явно паршивое. Тун Яо, зажав планшет под мышкой, присела рядом. Поразмыслив недолго, девушка сказала:

— В тренировочных матчах то выигрывают, то проигрывают, и это нормально. Может, «Обсидиан» и слабая команда, но она все же победила в весеннем сплите в стыковочном матче за сохранение места и осталась в высшей лиге, а не вылетела в низшую. Проиграть им – тоже нормально. Не раскисай.

Парень вздохнул:

— Сегодня перед тренировкой, когда вас с братом Чэном еще не было, Мин сказал, что теперь, когда Люй вышел вместо новичка на мидлейне, наша команда по силе должна быть примерно как середняк высшей лиги. Это именно я плохо сыграл, из-за меня проиграли. Я знаю. Не надо меня утешать. И я понимаю, что, если бы взял Копье Возмездия, мы бы выиграли.

Тун Яо вытащила из-под мышки планшет с записями. Волк нахмурился, и в голосе появилось что-то упрямое:

— Но вот не хочу я его брать, и все.

Девушка передумала отдавать ему записи и зажала планшет между коленями и грудью. Потом обхватила колени руками.

— Я знаю, что тебе не нравится, когда тебя называют «маленьким Чессменом».

Волк промолчал. Она продолжила:

— Это как в те годы, когда брат Чэн только начинал карьеру. Он был трейни в Корее, сидел на замене, и его называли «тенью Иерофанта». А вокруг одни корейцы, и вполне возможно, что в корейском эта «тень Иерофанта» звучит совсем иначе, чем у нас «маленький Чессмен». Ведь у нас, когда так говорят, большинство все же хвалит.

Волк тихо усмехнулся, и в этом смешке проскользнуло что-то пренебрежительное.

— А потом брат Чэн своим собственным трудом добился того, что это прозвище, «тень Иерофанта», стало означать совсем другое: «Смотрите, это тот, кто может стоять с Иерофантом на равных», «Это тень, которая способна затмить свет»… Копье Возмездия – это фирменный герой Иерофанта, но Чэн не стал его из-за этого избегать. Теперь у нашего капитана это тоже лучший чемпион.

Тун Яо вытащила планшет и в тусклом свете фонаря, висевшего у них за спиной, начала зачитывать:

— «11:12 – ошибка в расчете урона от навыка. В этот момент уровень у персонажа – шестой, базовый урон (с учетом рун) – 79; при правильном расчете урона можно было бы развести противника на оба заклинания. 12:13 – пропустил крипа. Фарм крипов освоен не очень хорошо. Следует больше внимания уделить одиночным тренировкам…»

Волк покосился на девушку. Тун Яо передала ему планшет.

— Брат Чэн, конечно, язвительный и вообще очень жесткий, но он, по крайней мере, искренне хочет вырастить из тебя своего преемника. Подумай, к нему-то в Корее вряд ли в те годы относились вот так хорошо!

— Это меня вообще не касается. Я одно знаю: пока он в команде, меня на официальный матч никогда в жизни не пустят.

— Но ты же можешь собственную команду поднять из низшей лиги в высшую!

— Да не получится. Этот наш новый мидер вообще не тянет. Только если Лу Юэ с нами останется или брат Чэн закончит карьеру и меня переведут в основной состав.