Так сказали звёзды - Ангелина Ромашкина Страница 11

От волнения я села на краешек ванной:

— Ну а как же вы с Ильей?

— Не знаю, Ев. Тяжело мне с ним. Хоть ты и объяснила, как можно найти подход к его этой странной Луне в Козероге. Сухарь он для меня, понимаешь? – Люся подцепила уголок отслоившегося от ногтя лака. – Черт, ну вот, испортила маникюр.

— Не переживай. У меня соседка делает маникюр. Хочешь звякнем ей? – Люська быстро кивнула, и я увидела слезы в уголках ее прекрасных серых глаз. – А по поводу Ильи… Знаешь, мы слишком молоды, чтобы класть себя на алтарь любви, которая не приносит счастья. Если тебе плохо – уходи. А я всегда тебя поддержу.

Люся так порывисто распахнула свои руки для объятий, что мы с ней чуть не упали в чугунную ванную. И мне в нос опять ударил приторный запах ее духов. Флаконами она, что ли, льет их на себя?

— Вы чего там шушукаетесь? – раздался под дверью звонкий голос Светы. Макеева всегда хотела быть в курсе всех событий. У меня и у Люськи в телефонах она даже подписана как «Бюро сплетен и новостей».

Мы с Люсей не выдержали и рассмеялись.

— Мы сейчас, – давясь от смеха, сказала Люсинда. – Девчонок с пацанами я все равно сведу. Пусть хоть у кого-то все будет хорошо, – прошептала она мне. – А отношениям с Даней надо дать шанс. Поверь мне как ребенку, рожденному в союзе двух влюбленных до одури друзей. – Люся подмигнула мне. Эта чертовка с бордовыми волосами всегда умудрялась устроить хаос на пустом месте и тут же все разложить по нужным полочкам.

— Ну и о чем вы там секретничали? – спросила Света, жуя маковые пряники. Кажется, они уже месяц лежали в хлебнице. Макеева найдет еду везде.

— А тебе все надо знать. – Люсинда показала ей язык и начала наливать себе чай. Света цокнула и закатила глаза. – Танька так и не ответила? – Мельниченко умела переводить тему как никто другой.

— Молчит. – Маша пожала плечами, сидя на подоконнике рядом со стопкой программных книг по зарубежной литературе. – Не понимаю, как она вообще оказалась в нашей компании?

— Я не ожидала, что она пригласит всех на Новый год к себе домой. – Я села на старый табурет и начала намазывать подтаявшее сливочное масло на хлеб ножом.

— И я не ожидала, – подхватила охотливо Света. – Вы когда-нибудь были у нее дома?

— Даня был. Еще на первом курсе, – ответила я. – Он рассказывал, что они познакомились в одиннадцатом классе, когда ходили каждую неделю на курсы по журналистике при нашем универе. – Я облизнула масло с ножа.

— Ев, ну ты совсем, что ли? Есть с ножа! – встрепенулась Маша. – Злой будешь. – Девочки тут же захихикали. – Не смешно, – цыкнула Нестеренко. – А Таня, да, тихая и странная.

— Можно подумать, ты со своими бесконечными суевериями и приметами не странная, – не выдержала Люся. Она с трудом сдерживала смех, пряча улыбку в кружке с чаем.

— Ладно, девчонки, не ссорьтесь. Давайте дадим Танюхе и ее трехкомнатной квартире шанс, – сказала я. – У Люсинды совсем тесно. А у меня дух Рождества и Нового года умер до того, как в принципе появился на свет.

— Евочек, это правда. Давай мы тебе хотя бы модный лапник купим на базаре. – Светка подошла к подоконнику и открыла комедию Мольера «Тартюф», быстро пролистав. – Жуть какая! Нам это надо прочитать? – Она резко захлопнула книгу и поморщилась.

— Боюсь представить твое лицо, когда на четвертом курсе мы дойдем до «Улисса». А по поводу модного лапника, – я шутя передразнила Свету, – я сто раз уже говорила, что вся эта чепуха новогодняя мне не нужна.