«Я тоже» не значит «люблю» - Виолета Рид Страница 11

Уильям на мгновение уставился на мою протянутую ладонь и сделал глубокий вдох.

«Он что, реально раздумывает, пожать ли руку?»

Секунды, которые понадобились ему, чтобы наконец шагнуть вперeд и ответить на рукопожатие, тянулись мучительно долго. Кожа у него была мягкая, пальцы – длинные.

— Доброе утро, мисс Гарсиа, – процедил он сквозь зубы. Казалось, произнести это спокойно стоило ему немалых усилий. Отпустив мою руку, он повернулся к моему боссу. – Дэвид, я не понимаю, к чему это письмо. Ты же знаешь, я работаю один.

Его голос звучал более хрипло, чем по телевизору. А от его размеренной, типично калифорнийской манеры говорить у меня по коже пробежали мурашки. Но, несмотря на внешнюю невозмутимость, чувствовалось, что его терпение на исходе.

— Уилл, может, присядешь? – Дэвид указал на свободный стул. – Я как раз объяснял Рэйчел, как мы будем работать дальше.

Уильям провел рукой по лицу, и я заметила капли дождя, блестевшие на его волосах и светло-бежевом пиджаке. Он попытался стряхнуть их с ткани, но лучше не стало.

Дэвид протянул ему салфетку. Тяжело вздохнув, Уильям взял ее без лишних церемоний, промокнул лицо, скомкал бумагу и метко швырнул в урну.

В жизни он был выше, чем казался на экране, – что-то около метра девяноста. Несмотря на мои сто семьдесят два и каблуки, он всe равно возвышался надо мной на полголовы.

— Садитесь, пожалуйста, – попросил Дэвид.

Я послушно опустилась в кресло, пока Уильям закрывал дверь.

Воздух дрогнул, когда он снял пиджак и повесил его на спинку стула. Затем с пронзительным скрипом придвинул соседний стул к моему. Сел и первым делом шумно выдохнул. Я заметила, что его взгляд прикован к моему стаканчику из «Старбакса».

— Как предсказуемо, – покачав головой, пробормотал он себе под нос с недоверчивой усмешкой.

Я оцепенела.

«Он что, осуждает меня за кофе из "Старбакса"?»

Ответить я не успела – Дэвид начал излагать Уильяму свой план, опустив такие важные детали, как повышение и грин-карта. Все это время я упорно смотрела на его очки. Забавно, как он говорил обо мне: отравленное яблоко в его устах превратилось в клубнику с шоколадом – устоять невозможно.

Когда Дэвид замолчал, в кабинете повисла тишина – ровно на три секунды. Я считала. Так же, как считала каждый вздох Уильяма с момента его появления: тринадцать.

— Нет, – отрезал он. – Я не нуждаюсь в помощи.

В каком-то смысле я могла его понять. Он в одночасье стал знаменитым, привык к восхищению и к работе в одиночку. Неудивительно, что слава ударила ему в голову. Я и раньше это подозревала, но его вчерашнее поведение на шоу и сегодняшний непререкаемый тон лишний раз подтверждали догадку.

Меня достали постоянное высокомерие, обращение «девочка» в мой адрес, необходимость все время держать язык за зубами, чтобы не потерять работу. Мне двадцать шесть. Я уже три года работаю в издательстве, прекрасно справляюсь со своими задачами и заслуживаю не меньшего уважения, чем другие. Но до сих пор находятся те – обычно старшие коллеги или писатели вроде него, – кто обращается со мной как со школьницей. То ли потому что я женщина, то ли потому что я молодая, то ли из-за всего вместе.

«Держи рот на замке, у тебя на кону грин-карта», – напомнила я себе.

— Уилл… – начал Дэвид.

— Мне не нужна помощь какой-то стажeрки, Дэвид.