Среди чудовищ - Джулия Рут Страница 113

С каждым толчком наращивая темп, он погружается еще глубже, растягивает еще сильнее, задевая места, о существовании которых я даже не знала, а я только и могу, что хватать ртом загустевший воздух и сжимать колени на его боках. Вязкая кожа под моими ладонями почти плавится, но не обжигает, распаленная жаром, я сама могу сжечь сейчас что и кого угодно. Когда он ускоряется настолько, что я перестаю чувствовать даже поверхность под спиной, когда растворяется потолок перед глазами — тогда я чувствую, как он сливается со мной полностью, как часть его проникает в мою плоть, утяжеляет её… и как незримая нить протягивается между нашими телами, оплетая меня изнутри поверх еще одной, оставленной там раньше.

Бьорн чуть отстраняется, и я тону в черноте его глаз.

— Мне нужно… еще…—гулом прокатывается во мне.

Дрожащими руками я тянусь к его лицу.

— Хорошо… хорошо…

И он берет ещё.

… Время и пространство выжаты из оплетающего меня кокона силы. Сколько раз он уже?.. это второй или третий? прижимаясь к моей спине, он погружается в меня снова и снова, каждым движением словно взрывая воспаленные внутренности. На чем я вообще лежу?.. где?.. сжимают мои запястья руки, словно проглатывая их, шея истерзана так, что волны дрожи окатывают тело от касания к ней воздуха. Простреливает тело — снова; оно разом погружается в туман и лишается половины чувствительности, я словно проваливаюсь в темное окно на болоте и почти сразу же выныриваю обратно, на свет — где он даже с ритма не сбился.

Растащенная на мелкие осколки, в какой-то миг я начинаю мелко трястись, сразу всем телом разом. Много… слишком много его во мне… я переполнена так, что себя уже не чувствую, и мне становится страшно — как будто накренилась над пропастью, как будто становлюсь ничем. И прежде, чем этот страх успевает принять форму мысли, он останавливается — и все заканчивается.

Я лежу на спине, кажется на постели; уже в человеческом обличье Бьорн возвышается надо мной, чуть блеститтемная кожа. Осторожно отводит он от лица моего слипшиеся волосы, и взгляд его кажется встревоженным.

— Лестея?.. слышишь меня? тебе плохо?..

Голос его я слышу — вот только собрать звуки в слова не получается, и тревога на лице мужчины усиливается кратно. Не успеваю я и глазом моргнуть, как оказываюсь в коконе из одеяла, и телу постепенно начинает возвращаться его привычная чувствительность, тело постепенно впускает в себя окружающий мир — и меня саму заодно.

— Не молчи, прошу тебя. Скажи уже что-нибудь, — шепчет мне в макушку Бьорн, покачивая на руках. Кажется, я его напугала…

— Не плохо… — тихонько отвечаю, выглядывая из одеяла. — Я думала, что с ума сойду… в хорошем смысле.

— Как можно сойти с ума в хорошем смысле?..

— Я же не остановила тебя.

— А ты была в состоянии?..

— Ну…

— Вот видишь.

— Но мне не было плохо, Бьорн, — я нахожу в себе силы и обнимаю его за шею. — Тебя было так много… всего было много… но это не было плохо… Меня просто переполнило…

Он часто дышит мне в волосы, долго молчит, а потом произносит:

— Не больше одного за раз?

— Да, пожалуй.

Что в один его умещается несколько моих — так это вообще не повод жаловаться. Но мне и правда… слишком много в этот раз досталось. Все тело пульсирует, приняв то, что было ему дано — и теперь внутри меня словно пышащая жаром печь, способная согреть даже в самый лютый мороз.