Влюбиться в твою улыбку. Книга 3 - Цин Мэй Страница 113

— Ты зачем моего Палача заблокировал?

— Потому что ты им играть не умеешь! А мне надо ранг поднимать!

Капитан, пожав плечами, взял Вейлуса. И одной левой похоронил надежду Пухляша подняться из Алмаза II в Алмаз I…

В третьей игре Лу Сычэн выбрал Краба. Это был персонаж, сто лет как забытый всеми, включая разработчиков, покрытый пылью и существующий лишь формально. Бог знает, из какого закоулка капитан вообще его откопал… При этом он даже умудрился обосновать свой выбор:

— У противников джанглер – Ли Хвансок. И он наверняка в этой катке поселится на боте. А Крабы ганков не боятся!

— А как ты узнал, что он там? – не понял Пухляш.

Лу Сычэн кликнул по мигающему значку чата в углу: наверху окошка и правда значился ник Ли Хвансока на корейском сервере. В самом чате красовалась огромная простыня на корейском. Пухляш спросил:

— И что он там написал?

— Сначала, как всегда, признавался нашему мидеру в любви, – ответил Лу Сычэн.

— Так там все на корейском же?

— А это я ему потом написал: «Заткнись, это Чессмен».

— А он?

— А он мне устроил допрос с пристрастием: почему это мне позволено заходить с аккаунта нашего мидера?!

— И почему же?

Лу Сычэн лениво, в пару кликов удалил чат с Ли Хвансоком, который продолжал забрасывать его сообщениями, слегка усмехнулся и спросил:

— А сам-то как думаешь?

Пухляш не решился продолжать расспросы, потому что ему показалось, что ухмылка капитана сочится ядом. И не просто ядом, а легендарной смертоносной «алой макушкой журавля»…[30] Эту катку капитан все-таки выиграл – видимо, потому, что шумный приставучий Ли Хвансок бесил Лу Сычэна куда сильнее, чем саппорт. Впрочем, об истинных причинах Пухляш так и не узнал.

Словом, тем вечером толстяк провел несколько незабываемых часов, играя в паре с капитаном и опробовав на себе всех самых непопулярных, самых забытых персонажей для кэрри, какие только существовали в игре. В итоге его рейтинг застыл на «Алмаз II, 0 очков славы». По сравнению с началом, когда он только зазвал капитана, прогресс составил минус сто очков.

Лу Сычэн, бросив мышку, помял запястье и проговорил:

— Что-то не идет сегодня. Плохо очки набираются.

— Набираются? Ты вот это называешь «набираются»? – возмутился Пухляш. – Да это, блин, похороны рейтинга, братская могила, ну да, очень кстати, день поминовения только недавно прошел!

— Три месяца, как прошел…

Лу Сычэн закрыл игру и спокойно добавил:

— Идем спать.

— Ты иди, – ответил Пухляш. – А я тут, похоже, на всю ночь. Боюсь, что если вернусь в комнату слишком рано, то не сдержусь и отправлю тебя подушкой на вечный покой… Алмаз III! Охренеть! Я сейчас до Алмаза III докачусь! Твою мать… Это все. Это тупик. Это конец лучшего саппорта лучшей команды…

— Спокойной ночи.

— Да пошел ты!

★ ★ ★

На следующий день Сяо Жуй поднял всех пораньше и погнал собирать вещи, чтобы днем сесть на самолет и улететь в Сямынь на Кубок Демасии. Основной состав в этот раз ехал в качестве зрителей, а потому все они воспринимали эту поездку как короткий отпуск и выглядели довольными. Кроме разве что Лу Сычэна, физиономия которого, по обыкновению, была абсолютно непроницаемой. А вот младшие заметно нервничали – у них из головы явно не шел вчерашний бой, где «Обсидиан» разгромил их в пух и прах…

Тун Яо носилась по лестнице то вверх, то вниз. Наконец чемодан был собран, и она потащила было его из комнаты, но ее остановил капитан, державший в руках бутылку воды.