Унесенные морем - Бет О'Лири Страница 114

— Не знаю, что там упало, но у нас теперь трещина в крыше, – дрожащим голосом говорю я. – Смотри, вон там, у велосипедного колеса.

— Нам нельзя здесь находиться. – Зик вновь бросает взгляд наверх. – Мы можем получить по башке.

Он тянет меня к двери, но я упираюсь и, оглянувшись, смотрю на завязанный узлом канат в дальнем конце палубы.

— Надо уезжать отсюда, Зик. Здесь небезопасно.

Он мотает головой, но больше не тянет меня в трюм. Взгляд его тоже прикован к узлу, потом скользит по канату, перекинутому через стальную перекладину – наш импровизированный швартовочный столб. До нее можно дотянуться с лестницы, на которой я висела, когда мы только приплыли на буровую. Когда у нас еще была надежда. До всех диких, невообразимых событий, что произошли здесь между нами: поцелуй на башне, кофе со сгущенкой и ночь на вертолетной площадке, озаренная отголосками невероятного заката.

Это место было жутким, адским и кошмарным. Но здесь было так красиво. И, несмотря на все ужасы, именно здесь я влюбилась.

— Как только мы отвяжем канат… – не договорив, Зик замолкает.

— Знаю. Отменить это решение будет невозможно.

— Да.

— И тогда мы просто… вернемся в неизвестность.

Он качает головой:

— Должен быть способ повысить наши шансы. Что-то, что можно сделать до отплытия, чтобы…

Я наблюдаю за ним. Он думает. Мне нравится наблюдать за этим процессом. Я могла бы делать это целый день. Он так мило сдвигает брови – не то чтобы хмурится, скорее, задается немым вопросом.

— У меня есть идея. Наверное, это ужасно глупо, – начинает он.

— Готова поспорить, это гениально, – перебиваю его, глядя ему прямо в глаза. – Что бы это ни было, я тебе доверяю.

Зик

На подготовку у нас уходит примерно час. Пока платформа стонет вокруг нас, а чайки кружат над головами, мы перетаскиваем сумки на лодку, прихватив столько еды и воды, сколько «Веселая соня» может унести, не рискуя затонуть. Потом снимаем все простыни со всех кроватей на буровой и связываем их вместе.

— Такое ощущение, что я на девичнике, – замечает Лекси. – Передай, пожалуйста, ром.

Протягиваю ей бутылку, и она сбрызгивает простынь алкоголем и тянется за следующей.

— На девичнике, когда все напьются, кто-то обязательно решит воплотить лайфхак из серии «своими руками за пять минут». Обычно это выглядит очень странно.

— Настолько же странно?

— Может, не настолько. Ну и наше занятие намного полезнее, чем плетение венков.

Платформа снова издает скрип. Мы бросаем взгляд на гору не связанных друг с другом простыней, потом смотрим друг на друга.

— Считаешь, хватит? – спрашивает она.

Каждая секунда становится для меня мучением. Не знаю, может, буровая установка все время производила подобные звуки, а я просто к ним привык, или же они и правда стали громче, в любом случае меня не покидает ощущение, что в любую секунду на нас может что-то рухнуть. Так что да, я очень хочу свалить. А еще я знаю, что это наш реальный шанс на спасение, и я не хочу его упускать из-за того, что мы слишком быстро потеряли самообладание.

— Еще одну, – решаю я, хватая очередную бутылку с алкоголем.

Наши ладони встречаются: Лекси потянулась к той же бутылке. На брошенный на нее взгляд она отвечает мимолетной улыбкой. Волосы у нее растрепались, нос и лоб блестят от пота, и я чувствую, как ей страшно, но в кризисной ситуации от Лекси исходит мощная энергия. Она просто… потрясающая.