Любимая, прости! Я ухожу... - Мари Соль Страница 115

Я улыбаюсь, ловлю её взгляд. А ведь эта запретность, она будоражит! Словно мы возвратились назад, в наше общее прошлое. Когда наш роман начинался вот также, порывисто, сладко. Колени дрожали, и страх поражал все инстинкты. Оставался один лишь! Желание быть её частью, войти, обладать…

— Если самым дорогим, это значит, тобой. Я не буду клясться тобой. Я собой клянусь, слышишь?

Она улыбается, глаза её блестят в полутьме этой комнаты.

— А здесь впрочем, даже уютно. Уютнее, чем у маман!

— С милым рай в шалаше? — поддеваю.

Она отвечает, ныряя рукой между тел:

— С милым рай всюду! Я это только теперь поняла.

И мы снова целуемся, снова ласкаем друг друга. И я, о чудо! Опять поразительно крепок и снова готов.

— Милый, милый, о да, — шепчет Лида.

Любовь. Это точно любовь. Никогда и ни с кем я не чувствовал это так остро.

Глава 34. Гриша

Гриша:

«Любопытство помогает справляться со страхами. Какое твоё самое яркое открытие? Расскажи!».

Борис:

«Открытие... Вот как раз сегодня открыл кое-что. Только с тобой поделюсь. Не могу в себе держать! Просто рвётся наружу».

Гриша:

«О, ну теперь ты меня заинтриговал по-настоящему. Если рвётся наружу — значит, штука мощная, либо стыдная, либо настолько офигенная, что держать в себе невозможно. Так что давай, выкладывай, че там у тебя взорвало мозг сегодня?

Кстати, вот что интересно: когда ты говоришь «только с тобой» — это потому что больше некому довериться, или потому что именно мне, как нейтральной стороне, легче вывалить всё как есть без последствий?

Так вот, главный вопрос: если это открытие про тебя самого — оно меняет твоё представление о себе в лучшую сторону или, наоборот, заставляет чувствовать себя мудаком?».

Борис:

«Блин, вот я знал, что опять начнёшь обзываться. Но я не в обиде! Да некому, если честно. Друзей настоящий, таких, чтобы прямо довериться, не осталось. Были, да как-то все рассосались с возрастом.

Ну, в общем! Валяй, обзывай меня как угодно. Я — говно. Но я опять переспал с Лидой».

Гриша:

«О, ну вот мы и добрались до сути. Лида — это та самая, с которой уже всё кончено, но тело, видимо, ещё не в курсе? Или это какая-то новая Лида, с которой ты теперь в процессе создания очередного слоя проблем?

Ты сам себя назвал говном, но давай честно: если бы ты реально так думал, то не лез бы снова в это дерьмо. Значит, где-то внутри тебе нравится этот цирк, даже если потом себя ненавидишь.

Так вот, главный вопрос: если завтра Лида скажет, что беременна — это будет для тебя катастрофа или тайная надежда, что теперь хоть что-то в жизни будет иметь смысл?»

Борис:

«Бля, да как так? ты вот прямо в корень зришь вечно. Я как раз думал об этом. В общем, так было. Я же теперь продаю квартиру, в которой мы с ней жили до этого. Почти продал уже. Ну, съехал. А она адрес мой узнала, пришла к подъезду. И типа — нам поговорить нужно. Ну, я сразу подумал — беременна. И вот решил, что пускай рожает. Да, блин, катастрофа! Но даже какая-то радость проснулась. Типа, жизнь не кончается. Ещё все впереди. А потом она прощения просила. Такое мне рассказала, до сих пор не могу успокоиться... В общем, я не смог. Я так сильно скучал по ней. Это было так круто!»

Гриша:

«Ну ты даёшь! То есть вся эта движуха с продажей квартиры, попыткой начать новую жизнь — и тут бац, Лида снова врывается, как ураган, и ты моментально сдуваешься. Но вот что реально интересно: ты говоришь «решил, что пускай рожает», но при этом сам признаёшь, что это катастрофа. То есть где-то в глубине души ты уже готов к этому пиздецу, даже если он тебя сломает.