Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 2 - Ната Лакомка Страница 117

– Да, без сомнений.

– Даже меня не обвините? Удивительно! – выпалила я.

– Тише, – осадил меня Марино. – Это печально. Я сегодня же заберу тело, её надо похоронить.

– Конечно, – любезно согласился аудитор. – Только как оказалось, синьора Франческа – не единственная, кто пострадал. Погиб ещё некий Амброджолло Марчезе…

И тут он пристально посмотрел на меня.

– А, вот теперь всё в порядке, – не удержалась я, несмотря на предостережения мужа. – Это точно

– Его не отравили. Ударили ножом. Он был вашим адвокатом, синьора, и приехал в город за три дня до кулинарного состязания.

– Моим адвокатом? – мы с Марино снова переглянулись. – Мой адвокат – Марино! Это всем известно! Я не знаю никакого… Марчезе! Даже имя уже забыла!

– Он сам так сказал.

– Сам? Вы же сказали, что он убит, – напомнил Марино.

– Всё верно, – благожелательно ответил аудитор. – Но хозяин гостиницы, где остановился Амброджолло Марчезе, рассказал, адвокат искал Аполлинарию Фиоре. Дескать, он узнал, что она варит варенье в этих местах.

– Так он хотел варенье? – предположила я.

– Может и варенье, – согласился аудитор. – Но ещё он сказал, что является поверенным синьоры Фиоре, и у него к ней важное и срочное дело.

– Срочно понадобилось варенье? – предположила я, понимая, что говорю ерунду.

– Где его убили? – спросил Марино, осадив меня взглядом.

– Самое забавное – там же, где несчастного актёра Сальваторе, которому ваша жена в своё время вскружила голову. Она это умеет, да? Кружить головы, – аудитор засмеялся, но мы его смех не поддержали.

– При чем тут моя жена? – Марино приобнял меня за плечи. – Закрасоту не казнят, как вы знаете.

– По случайному стечению обстоятельств ваша жена во время убийства снова находилась в Сан-Годенцо, – подсказал миланский аудитор. – Как и во время убийства Сальваторе.

– Моя жена была полностью оправдана, если помните.

– Помню, помню, – заверил Медовый Кот. – Но мне сказали, что оправдали её благодаря вашим стараниям, синьор Марини, а не фактам. Божий суд – дело хорошее, но, как я успел убедиться, не всегда верное.

– Желаете опротестовать Божий суд? – Марино насмешливо посмотрел на аудитора с высоты своего баскетбольного роста. – Можем устроить новое испытание крестом. С вами.

– Нет уж, благодарю, – аудитор рассмеялся очень весело, но глаза смотрели пристально и внимательно.

Я уже научилась читать его взгляд. Он снова затеял свою игру. Он не привык проигрывать. И делает всё, чтобы поднести своему хозяину Марино на блюдечке. Одну битву Медовый Кот проиграл. Но проигранная битва, как известно, не проигранная война.

– Не волнуйтесь вы так, синьор новобрачный, – аудитор произнёс эти слова, как мне показалось, с особым смыслом. – Я просто приехал сообщить вам неприятные новости. Но, надеюсь, сладость любви смягчит их горечь. Всего хорошего, – он раскланялся и пошёл отвязывать своего коня от изгороди.

Мы с Марино молча смотрели, как он уезжает. Лично мне очень хотелось убедиться, что Медовый Кот уедет.

– И всё же, зря вы меня не послушались, – сказал он нам на прощание. – Мне очень жаль.

Когда он скрылся за поворотом, я сказала со вздохом:

– Грешно так говорить о покойной, но я уже начинаю ненавидеть эту Аполлинарию. Уверена, адвокат не просто так приезжал. Опять какие-то её тёмные делишки из прошлого.