Бабушка, я замужем (но это не точно) - Аля Авилина Страница 12

Но потом случилось то, что случилось.

Я потянулась за солью, Руслан потянулся за той же солонкой одновременно. Наши руки встретились. На долю секунды. Его пальцы накрыли мои, тёплые, чуть шершавые, и я замерла.

Он тоже замер.

Мы стояли так, наверное, целую вечность, глядя друг на друга через кухонный стол, заваленный очистками. В его глазах было что-то... новое. То, чего я раньше не видела. Или просто не замечала?

— Соль, — сказал он хрипло.

— Ага, — ответила я севшим голосом.

Он отпустил мою руку. Я взяла солонку. Бабушка, стоявшая спиной к нам у плиты, вдруг обернулась и хитро прищурилась.

— Я пойду, покурю, — заявила она. — На балконе постою. А вы тут... ну, сами справляйтесь.

— Бабуль, ты не куришь! — крикнула я ей вслед.

— Сегодня начну! — донеслось уже из коридора.

Дверь балкона хлопнула. Мы остались одни.

Тишина повисла такая, что можно было резать ножом. Тем самым, которым я только что кромсала свеклу.

— Ну и дела, — выдохнул Руслан и улыбнулся.

Я не выдержала и рассмеялась. Он тоже. Мы смеялись, как ненормальные, стоя посреди кухни, заваленной грязной посудой, и это было так привычно, так по-нашему, что напряжение немного отпустило.

— Она специально, — сказала я, вытирая слёзы. — Она нас специально сводит.

— У неё хорошо получается, — хмыкнул Руслан.

Я замерла.

— В смысле?

— В смысле... — Он запнулся. — Она же не знает, что мы понарошку.

— А, да. Точно. — Я отвернулась к плите и начала мешать борщ, чтобы скрыть дурацкий румянец. — Конечно.

Руслан подошёл сзади. Я почувствовала его дыхание на затылке и мне по телу прокатилась странная волна.

— Дай попробовать, — сказал он тихо.

— Что?

— Борщ. На соль.

Я зачерпнула ложку, подула и протянула ему. Он взял мою руку в свою и отхлебнул прямо из ложки, которую я держала. Его пальцы сжимали мои, и от этого простого жеста у меня подкосились колени.

— Вкусно, — сказал он, не отпуская мою руку. — Ты молодец.

— Это бабушка учила, — пискнула я.

— Я не про борщ.

Я подняла на него глаза. Мы стояли слишком близко. Так близко, что я видела золотистые крапинки в его карих глазах. Так близко, что чувствовала его дыхание на своих губах.

— Руслан... — выдохнула я.

— Что?

— Ты...

Я не знала, что хочу сказать. Что он стоит слишком близко? Что мне это нравится? Что я боюсь пошевелиться, потому что тогда этот момент закончится?

Дверь балкона хлопнула.

Мы отскочили друг от друга как ошпаренные. Я схватилась за половник, Руслан уткнулся в телефон, бабушка вплыла в кухню с видом кота, слопавшего сметану.

— Ну что, нацеловались? — поинтересовалась она.

— Мы не... — начала я.

— А я и не говорю, что целовались, — хитро улыбнулась бабушка. — Я говорю — нацеловались. В глаза. Я ж вижу, как вы друг на друга смотрите. Когда глаза горят, там и до остального недалеко.

— Бабушка!

— Что бабушка? Я старая, мне уже всё можно. — Она подошла к плите, попробовала борщ и довольно кивнула. — Хорошо. Душа есть. Русланчик, садись за стол, я тебе наливаю. Аня, тарелки неси. Ничего страшного по тарелочке съедите, сами варили!

Дальше был обед, несмотря на то, что совсем недавно был завтрак. Бабушка травила байки про свою молодость, про деда (царствие ему небесное), про то, как они познакомились и как он за ней ухаживал. Мы слушали, ели борщ и старательно делали вид, что полчаса назад между нами ничего не произошло.