Наш брак - тюрьма - Полина Рей Страница 12

— Зачем? - всё же спросил он.

— Затем, что ты должен посмотреть в глаза матери и нам и повторить то, что сказал ей вчера. Не по телефону, не через сообщения, а лично, как и подобает мужчине, - голос Антона дрожал, но он явно контролировал себя. - Или ты трус, пап?

Это слово ударило больнее, чем Сергей ожидал. Трус. Этот щенок назвал его трусом? Он сейчас серьёзно?

— Хорошо, - сказал Линьков, решив пока не усугублять. - Когда?

— Сегодня в семь у нас дома, - ответил Антон. - Придёшь?

— Приду, - сказал Сергей и нажал отбой.

Говорить больше им было не о чем.

Он стоял у окна, смотрел на утренний город и чувствовал лёгкое беспокойство. Что-то подсказывало ему, что эта встреча не будет простой, однако Сергей прекрасно знал, что умеет держать удар и не даст никому переступать ту грань, за которой начинается его личное.

— Кто звонил? - раздался с кровати сонный голос Дианы.

— Антон, - ответил Сергей, не оборачиваясь. - Нужно встретиться сегодня всей семьёй.

Он всё же посмотрел на любимую - она села на кровати, натянув простыню на грудь. В её глазах мелькнула тревога.

— Ты поедешь? - уточнила Ди.

— Поеду, - сказал Сергей. - Это надо закончить.

Он подошёл к ней, поцеловал в макушку и добавил:

— Не бойся. Всё будет хорошо. Я всё правильно сделал и другого выбора, кроме тебя, у меня быть не может.

Диана улыбнулась, но словно бы с нотками нервозности. Сергей сделал вид, что этого не заметил - она молоденькая ещё, ей надо учиться спокойнее относиться к подобным вещам.

Он подумал о вечере - о том, как будет смотреть в глаза Ирине и не дрогнет. Потому что Сергей - сильный мужчина.

И прежде всего потому, что он, наконец, выбрал себя и находился в полном своём праве выбирать свободу и дальше.

ГЛАВА 4

ГЛАВА 4

Этот день тянулся невыносимо бесконечно.

Я не знала, куда себя деть и чем занять руки, голову, сердце. Всё внутри превратилось в одну сплошную кровоточащую рану, и каждое движение - даже просто вздох - причиняло боль. Антон спал в гостиной на диване, я слышала его ровное дыхание через стенку и боялась пошевелиться, чтобы не разбудить. Он был моим якорем, и я понимала - если бы не сын, наверное, уже набрала бы Сергея и умоляла вернуться. Или сделала что-нибудь похуже.

Кристина звонила три раза, и на её звонки я отвечала односложно: «Да», «Нет», «Не знаю». Она обещала заехать после работы, но я попросила этого пока не делать - не могла выносить чужую жалость, даже самую искреннюю. Так что пока побуду с сыновьями и постараюсь принять эту новую для себя данность - мою покалеченную жизнь.

Около шести часов вечера приехал Илья. Я услышала, как ключ поворачивается в замочной скважине, и вздрогнула. Сердце глухо застучало, а потом и вовсе замерло. На секунду показалось, что это вернулся Сергей, который скажет, что передумал, после чего всё вчерашнее покажется мне лишь дурным сном.

Но в прихожую вошёл мой младший, который выглядел очень уставшим - под глазами залегли тени, плечи опущены, взгляд бегает по сторонам и не останавливается ни на чём. Он скинул кроссовки, повесил куртку на вешалку и только потом посмотрел на меня. Я стояла в коридоре, кутаясь в старый халат, с растрёпанными волосами и опухшим лицом. Наверное, выглядела ужасно, но Илья этого словно бы не заметил - подошёл и молча обнял меня.