Влюбиться в твою улыбку. Книга 3 - Цин Мэй Страница 121

— Тун Яо, а ты? Сама же говорила, что хочешь сосредоточиться на игре и ни за что на свете не станешь встречаться с профессиональными игроками, потому что они все уроды? И теперь сама себе влепила пощечину?

Девушка опустила голову так, что подбородок почти исчез в воротнике, и сказала тихо:

— Капитан не такой, как Цзянь Ян. Он не шляется по всяким местам и не обманывает, он вообще только в ранговых играх сидит или записи с соревнований смотрит. И тогда вон, я только чихнула рядом – и он больше вообще не курил…

Чем дальше она говорила, тем тише становился голос и ниже опускалась голова… и тем заметнее становилась улыбка на губах Лу Сычэна. Протянув руку, капитан погладил девушку по голове, и выражение лица у него было до того самодовольное… Сравнимо, наверное, только с тем моментом, когда он, плотно усадив Иерофанта на скамейку запасных, лично забрал кубок корейской про-лиги.

Пухляш почувствовал, как лапша все сильнее источает запах собачьего корма.

— Как это у вас вышло-то вообще? – спросил он.

Тун Яо задумалась, потом ответила:

— Даже не знаю… Он меня все ругал, ругал, ругал… и вот, доругался.

А Лу Сычэн, не задумываясь, ответил предельно серьезно:

— Просто она была очень милая… когда поднималась на цыпочки, чтобы спрятать воду в супермаркете, когда играла в игру… Такая милая, когда А-Тай забуллил ее Чародейкой и она пряталась и плакала, а потом до утра играла Императором Песков. Ужасно милая, когда раздулась от важности после победы и говорила всякие гадости Яну. Особенно милая, когда побила меня в соло и так задрала нос…

Тун Яо закрыла лицо обеими руками. Между пальцами можно было разглядеть, как лицо девушки покраснело так, что еще немного – и закапает кровь.

— Да я просто так спросил, – проговорил Пухляш с каменным лицом.

Лу Сычэн в тон ответил:

— А я еще добавить могу.

— Оставь для священника. Перечислишь, когда пойдете венчаться.

Капитан повернул голову и посмотрел на саппорта как будто с сожалением.

— А ты что, больше слушать не хочешь?

Пухляш снял крышку со стаканчика и поковырял вилкой в окончательно раскисшей лапше. Его лицо кривилось от сдерживаемых эмоций, и, поколебавшись какое-то время, он все-таки задал вопрос, ответ на который сейчас больше всего хотел и боялся узнать:

— Ну и… до какой стадии у вас все дошло?

Лу Сычэн издал тихий смешок. Тун Яо опустила руки, воскликнула «эй!» и пнула капитана, поспешно пояснив:

— Ни до какой! Вот только то, что ты видел!

— А вот если бы ты не орал вчера и не нарывался на экскурсию в Алмаз III, ответ сейчас был бы другим.

Лу Сычэн неспешно повернулся и заправил выбившуюся прядь Тун Яо за ухо. Та, покраснев, шлепнула его по руке; от удара на коже осталось розовое пятно.

— Теперь понимаешь, что твои минус сто очков были очень даже за дело?

— Да вот еще! – возмутился Пухляш.

Лу Сычэн слегка изогнул губы:

— Хочешь еще что-то узнать?

Тун Яо, занервничав, тихо окликнула:

— Брат Чэн…

Пухляш махнул рукой:

— Сейчас я хочу только спокойно доесть свою лапшу. Валите уже куда-нибудь подальше!

Пожав плечами, Лу Сычэн потянул своего мидера за руку и спросил:

— Пока ты там бродила, что-нибудь приглянулось?

Пухляш сунул в рот вилку с лапшой и пробормотал как бы в сторону:

— Я тебе два года саппортил, а ты мне ни разу даже умывалку для лица не купил…