Зеркало королевы Мирабель - Дарья Иорданская Страница 126

Несла зеленый плащ

И из кустов сирени

Следил за леди Эни

Достойный рыцарь Фрэйни

Сэр Дариан Эгбрайд

И пела леди Эни

О празднике в селенье

И строго дона Мэри

Качала головой

Среди кустов сирени

Вздыхал по леди Эни

Прекрасный лорд из Фрэйни

Сэр Дариан Эгбрайд

На платье леди Эни

Средь вышивок и кружев

Нашила дона Мэри

Роскошный герб Гистоль

В кустах белой сирени

Влюбленный в леди Эни

Сидел хозяин Фрэйни

Сэр Дариан Эгбрайд

Увы, поклонник Эни

Любви угрюмый пленник

Хозяин замка Фрэйни

И враг семьи Гистоль

Сидит в кустах сирени

И только дона Мэри

Вздохнет порой о сэре

И повернет домой

ГэльСиньяк поставил на стол котел, ошпариви красавицу, и рыцаря, и даже дракона.

— Господин певец будет есть?

Из котелка тянуло вкусным ароматом мяса и пряных трав.

— Никакого уважения к куртуазным стихам, — шутливо проворчал Адмар, слезая со стола.

— Что касается куртуазных стихов, — пожал плечами имперец, — то я предпочитаю балладу о желтых розах королевы Жандель. Она до сих пор запрещена в доброй половине империи, а запреты предают вещам очарование.

Все подтянулись к столу, кроме, естественно, Беатрисы. Фрида влила ей в рот какой-то густой и темный сироп. Юная леди Шеллоу уже не приходила в сознание, и это был дурной признак. Нужно было торопиться. Вспомнив о цели своего путешествия, Адмар помрачнел.

— Завтра осмотрим замок. Боюсь, между нами и Круглым озером лежит самая опасная топь. Без точных карт и указаний мы там погибнем.

Теперь уже помрачнели все остальные, даже Джинджер, начавшая улыбаться, стоило ему запеть. Остаток ужина прошел в молчании.

Глава шестнадцатая

При дневном свете зал Фрэйни уже не казался таким мрачным. Высота сводов не позволяла разглядеть паутину, а в некоторых окнах еще сохранились витражи, и на пол ложилась многоцветная радуга. В огромном очаге, куда на День Пророка наверняка помещалось целое бревно, уже горел огонь. Пахло тем самым странным иноземным напитком.

Выбравшись из-под одеяла, Джинджер переступила через спящую Фриду и подошла к огню.

— Вы когда-нибудь спите?

ГэльСиньяк обернулся и тепло улыбнулся.

— Годы самоотречения — отличная тренировка. Кто-то же должен был присматривать за огнем.

Джинджер присела на резную скамеечку для ног, обхватив колени руками.

— Самоотречение? Вы были…

— Священником. Королевским Экспертом, — Ноэль, обернув краем плаща руку, снял котелок с огня.

— И вы охотились на ведьм?

— Я был Королевским Экспертом.

— Это значит «да» или «нет»? — поинтересовалась Джинджер.

— Это значит «по-всякому». С чего, госпожа Элиза, вам вздумалось меня расспрашивать?

— Вы меня интригуете, — честно призналась юная ведьма.

— Как и все вы меня, — ГэльСиньяк протянул ей кружку. — Я добавил мед и немного мускатного ореха. Попробуйте.

Горечь, смешанная со сладостью, оставляла странный вкус на губах. Странный, но приятный. Джинджер перехватила улыбающийся взгляд имперца и поспешила вплотную заняться своим фрианкаром. С ума сойти! Она завтракает в компании дознавателя! Впрочем, другая ведьма приходится этому дознавателю женой, так что в мире полным полно странных вещей.

Кстати, о завтраке.

— Интересно, распространяются ли чудеса на кладовую? — ГэльСиньяк протянул девушку кусок подсохшей лепешки, обильно политый медом. — Овес в конюшнях сыскался.