Между преданностью и предательством - Шейн Роуз Страница 127

— Подождите, – прервал я. – Рак груди? Тромбы? Это реальные побочные эффекты?

— Да, у препаратов есть определенные риски, особенно если у пациентки бывают мигрени, – пояснил врач. – У вас, Эверли, они когда-то были, верно?

— Да, в прошлом, – кивнула она.

— Так что, если вы хотите завести детей, вы должны прекратить прием этих противозачаточных. Имейте в виду, ваш цикл будет нерегулярным в течение нескольких месяцев. Если вы пока не планируете детей, – он взглянул на экран компьютера, – я все же рекомендую другие средства. С этим препаратом у вас повышенный риск образования тромбов.

Что за чертовщина?

Врач мягко улыбнулся:

— И с вашими мигренями, ну, ваше состояние может ухудшиться с этим…

— Уберите ее противозачаточные, – резко перебил я врача.

— Простите? – врач удивленно поднял брови, а Эверли выпалила:

— Что, прости?

— Я сказал. Уберите. Их. Мы не будем рисковать ее здоровьем. И я все равно хочу ребенка от нее.

— Деклан! – Она схватила меня за руку и широко раскрыла глаза. – Ты сейчас шутишь?

— Ты слышала, что эти противозачаточные делают с тобой. Я хочу, чтобы их убрали. Сейчас.

Врач прочистил горло, явно не зная, как продолжать.

— Мистер Харди, это должно быть решение мисс Белафонте.

— Мисс Белафонте, – пробормотал я ее фамилию с отвращением, злясь, что она до сих пор не носит мою. – Она уже решила, что хочет их убрать.

Врач нервно засмеялся.

— Мистер Харди, если мисс Белафонте хочет прекратить прием противозачаточных, она может сделать это сама. Кольцо самоустанавливается, так что… – Врач повернулся в кресле, взглянул на нас обоих и встал. – Если вы хотите пройти генетическое тестирование, чтобы исключить мутации или провериться на неожиданные реакции, я могу взять кровь у вас обоих сегодня.

Я поднял бровь, глядя на нее, но на этот раз ждал, зная, что она должна решить, продолжать ли это или нет.

Она закатала рукав, хотя и молча, чтобы не устраивать сцену, но я видел огонь, горящий в ее голубых глазах.

Кровь взяли, и врач объяснил, что мы можем уйти, когда будем готовы, а потом поспешно вышел из кабинета. Мы последовали за ним, потому что, похоже, Эверли не хотела устраивать сцену в кабинете врача.

Мы молча ехали домой. Чем дольше длилась тишина, тем сильнее я злился. Она продолжала принимать препарат, который вредил ее здоровью. Зачем? Когда мы подъехали, я не остановился у гостевого дома, а проехал мимо.

— Деклан, высади меня, – сказала она.

— Ты идешь в наш дом, где ты и так должна была спать. И ты уберешь эту контрацепцию.

— Правда? – Она покачала головой. – Забавно, потому что я точно помню, как говорила тебе неделю назад, чтобы ты перестал принимать решения без меня. А теперь мы здесь, и ты пытаешься принять еще одно. Но знаешь что? Это решение я приму сама. – Ее холодный и спокойный тон меня раздражал.

— Ты не слышала о рисках, Эверли? Ты уберешь это, или я, черт возьми, сделаю это за тебя. – Я пристально смотрел на нее.

— Ты себя слышишь? Ты звучишь смешно, – она усмехнулась мне в лицо. – Я принимаю эти таблетки годами.

— Тем более нужно избавиться от них сейчас! – закричал я, беспокоясь, что рак мог уже начать развиваться в ее теле, что тромбы могли сформироваться, что у нее может начаться еще одна мигрень.

— Ты понимаешь, что если я это сделаю, у нас может появиться ребенок, Деклан? – Ее глаза были полны страха. Я сразу заметил, что это важно.