Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 2 - Ната Лакомка Страница 129

– Но ты говорила, отец выдал тебя замуж…

– Говорила. Потому что ты всё равноне знала правды. Проще простого было наврать тебе. Настоящую Апо я бы так не уболтала. Хотя она тоже была такая же доверчивая.

– Да, мы обе доверяли тебе… Получается, когда вы прикончили Джианне, ты убила и свою сестру…

– Ну, что поделать? Каждый сам за себя. Деньги делёж не любят.

Ветрувия – точнее, Джулия, небрежно пожала плечами. Будто говорила, как отрубила голову курице, из которой собиралась сварить суп.

– Но для чего было убивать родных братьев? И для чего изображать собственную смерть? А-а-а… – тут я догадалась. – Ты просто подставила Апо. Она купила яд, она единственная осталась жива из семьи Дзуффоло…

– Ты умная, – похвалила меня Джулия с усмешкой. – И я тоже. Не самой же мне было мыший яд в аптеке покупать. С братьями всё прокатило, но я решила подстелить соломки. И правильно сделала. С Джианне так легко не получилось. Кто же знал, что его вскроют? А ведь не такая важная птица, чтобы заботиться о его смерти… Ещё и деньги успел спустить… Тут мне снова не повезло.

– То есть ты заведомо подставила родню сестру, убила родных братьев, убила какую-то несчастную, которую приняли за тебя, потом прикончила мужа сестры, потом сестру… А… а тот артист? И адвокат?

– Сальваторе узнал меня, – подтвердила Ветрувия. – И он дурак, мог всё испортить. Я вызвала его для разговора и… и всё.

– Но ты была в остерии мастера Зино после ярмарки! Вместе со мной в одной комнате!

– Была. Пока ты не уснула. Пришлось позаботиться, чтобы ты спала крепко.

– Мята, которую ты заварила…

– Точно. Я ведь дочь аптекаря. И там, где мои братишки ловили ворон, я смотрела и запоминала. Только папаша не захотел сделать меня наследницей. Всё отдал этим остолопам. А они и лавку обанкротили, и деньги спустили.

– А что насчёт адвоката?

Джулия-Ветрувия сама не заметила, как ослабила хватку, рассказывая о своих злодеяниях, и я осторожно привстала, упираясь в мостки и потихоньку отползая подальше от края.

– Он так не вовремя притащился, – пожаловалась она. – Я выхожу из остерии – и прямо с ним, нос к носу!.. Синьор Амброджолло! Который Арриго! Не ждали!.. Он искал Апо. Конечно, меня не узнал, потому что когда Апо составляла завещание, я старалась не попадаться адвокатишке на глаза. Но вот тебя бы он тоже не узнал. На это у него мозгов бы хватило. Да и меня бывыдал… Ведь в завещании Апо было указано имя Ветрувии Фиоре. Вы с красавчиком сразу бы меня раскусили.

– Поэтому ты и не пришла на мой суд, – медленно произнесла я, собираясь с силами, как спортсмен перед решающим финальным броском. – Поняла, что Марино вызвал свидетелей из Милана, и боялась, что они тебя опознают.

– Красавчик тогда навёл переполох, – согласилась Джулия. – Он тот ещё проныра… Но и на проныру найдётся камень или нож.

– Тогда почему ты не ударила меня ножом там, возле них? Так было бы проще.

– Проще, – Джулия хмыкнула. – Только тогда сразу станет ясно, что тут не обошлось без кого-то четвёртого. А мне лишний шум не нужен.

– Как с Ческой? – сказала я наугад. – Она ведь не просто так утонула?

– Надоела она мне. Вывела из себя. Особенно когда я узнала, что это она подбросила яд. Вместе с соплячкой Барбьерри. Знала бы – раньше им шеи свернула. Надо было гнать их всех сразу. И Ческу с дочерьми, и старуху Андрэа. И Пинуччо туда же! Тупые, все тупые. Зато мнят о себе!..