Холод татами - Женя Онегина Страница 129

А я развернулась, приподнялась на носочки и поцеловала его. Сама. Он застонал мне в рот, мигом растеряв всю осторожность. Его руки скользнули по моей спине, легко справились с застежкой на белье. Я потянулась к его футболке, мечтая стать еще ближе. Кожа к коже. Наше дыхание смешалось. Макс потерся носом о мой нос.

Ставшая ненужной футболка полетела на пол. Я прижалась к горячему торсу мужчины, вдыхая его терпкий запах. И задохнулась от нахлынувшего желания, словно это было с нами впервые. Провела рукой по мускулистому животу и спустилась ниже, нетерпеливо дергая ремень. Макс хрипло засмеялся и легко подхватил меня под бедра. Я оплела его ногами, обняла за шею, пытаясь стать еще ближе, чувствуя его губы на своей груди. Мягко провела по затылку и прошептала:

— Отпусти.

Он не понял, сначала уставился на меня ошалевшим взглядом. А я поцеловала его колючие щеки, скулы и прошептала:

— Поставь меня на пол, Макс.

В ответ он усмехнулся:

— Не дождешься!

Под нашим напором жалобно всхлипнула кровать. Макс стянул с меня джинсы, легко поддел указательным пальцем розовые слипы с Микки-Маусом. Удивленно вздернул бровь и заметил:

— Живенько!

— Я знала, что тебе понравится!

— Знала она…

Его джинсы оказались на полу вместе с бельем. Ощутив на себе знакомую тяжесть его тела, я судорожно вздохнула, не понимая, как мы могли столько времени держать себя в руках.

— Макс…

— Помолчи, ладно? – попросил мужчина. – Иначе я… Вера, как же я по тебе скучал…

Его руки были везде, и я сходила с ума от напористой и бесконечно нежной ласки, снова и снова подводящей к самому краю. Меня трясло от его настойчивых поцелуев, а он снова и снова ловил губами мои громкие стоны. И были только мы одни в целом мире.

Он был осторожен, словно боялся, что я не выдержу его напора. Но я видела играющие на его скулах желваки, капельки пота на висках. А потому сама подалась вперед и прошептала:

— Все хорошо, правда…

И он все понял верно.

Потом мы долго лежали обнявшись, и я не могла найти в себе силы отпустить его. Максим что-то задумчиво чертил пальцами на моем бедре, а я гладила его колючий подбородок, пухлые губы, считала еле заметные веснушки на его щеках.

Глава седьмая

Вера

— Пока, – прошептала я, с трудом оторвавшись от губ Русланова. – Спасибо за выходные.

Макс затормозил у моего подъезда, но никак не хотел меня отпускать.

— Даже на кофе не позовешь? – усмехнулся мужчина и погладил меня по щеке.

— Не сегодня, и с нас достаточно кофе…

— Вера… – протянул Максим, мягко удерживая меня за подбородок. – Ты же сказала «да»?

— Да… – выдохнула я и решительно потянулась к двери.

Русланов обреченно вздохнул, но меня отпустил. Щелкнул замок, и дверь наконец поддалась. Я схватила с заднего сиденья сумку и вышла из машины. Прошептала еле слышно:

— Люблю.

Максим обиженно надул губы, но тут же рассмеялся. Я исчезла в подъезде, прежде чем «Рендж Ровер» успел тронуться с места. Тяжелая металлическая дверь с грохотом закрылась, отделяя меня от городской суеты. Глупо улыбаясь, я поднялась на свой этаж, перепрыгивая через две ступеньки. На душе было радостно и тяжело одновременно. Теперь я точно знала, что нужна Русланову. Но совершенно не представляла, что буду делать, когда придет время сказать Владику и родителям, что я уезжаю вместе с любимым мужчиной в другую страну.