Ведьмы любят…десерты - Снеталия Морозова Страница 13

Видар смотрел ей вслед. Чувствовал, как запах отдаляется, как от этого становится тоскливо. Маленькая хрупкая девушка, часто семеня ножками, сильно хромая, медленно шла к лесу.

Видар вздохнул и стал расстилать мешки для сна.

– Неужели возьмешь в жены гаргулью?

– Я тебя предупреждал! – заревел волк и схватил Тила за грудки.

У Видара стали выступать клыки и появился грозный рык.

– Все, все, больше не буду! Ты же не можешь оборачиваться? Или можешь? – опешил Тил.

Видар толкнул Тила и пошел расстилать место для ночлега дальше, доставая из короба Грега все необходимое.

«Что происходит? Клыки? Я что стал обращаться? Милана? Самая красивая девушка? Бред, ему показалось. Но я чувствовал клыки», – недоумевал Видар.

Грег тоже все это видел.

А еще Грегу хотелось угостить именно Миланучем-то самым изысканным. «По приходе приготовлю ей пирожные, маленькие все любят сладкое», – улыбаясь своим мыслям, готовил походный ужин Грег.

Родин и два воина уселись к деревьям, разминали ноги.

Видар стал беспокоиться.

К волку подошел Грег:

– Миланы нет долго, я схожу.

– Я сам. Готовь, медведь.

Видар пошел за Миланой. Он удивился, он легко шел на ее запах. Волк его стал лучше чувствовать, даже не так, он стал чувствовать Милану.

Милана лежала в траве. Маленькая, хрупкая, как подросток. Милана раскинула в стороны руки и ноги, выставив лицо к небу, и улыбалась. Одна нога была ощутимо длиннее второй, даже ступни были разные по размеру.

Видар подошел с боку к ней. Он смотрел сверху на девушку. Она открыла глаза. Не испугалась, не застеснялась. Продолжала все так же лежать и смотреть на него.

– Ваш мир удивительный, Видар! Прекрасный лес, чистый воздух! Солнце скоро сядет. Наверное, и в моем мире было и есть много красоты, но я ничего не замечала. Я была вечно, как белка в колесе, работа, муж, сын, и все по кругу. Я не замечала красоту.

– У тебя была семья?

– В моем мире мне было 44 года. Не знаю, сколько вы тут живете, но я была взрослой женщиной. Да, я была замужем, выглядела иначе, кстати, я была хорошенькой блондинкой. У меня взрослый и очень хороший сын. Правда, мужа я не любила, да и он меня не любил уже. Я бы умерла в своем мире через год или того меньше, я заболела неизлечимой болезнью. Я согласилась на ваш мир, чтобы прожить жизнь еще одну. И, я не просру этот шанс, уж прости за мой французский, волк. Я буду здесь счастливой!

Видар замер на мгновенье и стал смеяться. Он запрокинул голову и начал смеяться. Ему стало так легко. Бывает в жизни так: ты принимаешь правильное решение и чувствуешь от этого восторг, и тебе так кайфово, ты так рад своему принятию, выбору, что не можешь удержать эмоции.

Милана приподнялась на локти, стала подгибать ноги, они плохо слушались.

– Эти ноги, не могу привыкнуть к ним!

Она вязла их руками и подогнула удобнее.

Видар смотрел на эти ее потуги с ногами, ее высказывание о них, как она их перемещала руками, ворчала и снова засмеялся.

– Что ты ржешь-то?

Он улыбался.

– Я тебя не отпущу! Я влюбляюсь в тебя!

– Я же страшная гаргулья!

– Тело – лишь оболочка, душа – главное!Чьи слова? Я тоже не красавец, заметь. И, ты не страшная, и ты не гаргулья. Не слушай никого.

– А если ты встретишь девушку, влюбишься? Мне будет горько.

– Я никогда не влюблялся еще, только сейчас! Я чувствую тепло здесь – и показал в область сердца, – я чувствую твой запах, хочу быть рядом, я не предам тебя никогда, Милана.