Любимая, прости! Я ухожу... - Мари Соль Страница 132

Задержав дыхание, оставив цветы и торт на комоде, я понимаю, что звук приглушённый. Он доносится из нашей спальни с Мариной. Сглотнув, представляю, как Лида сидит на тахте, нога на ногу. Одна рука небрежно лежит на колене. Другая жестикулирует. Тёмные волосы обрамляют лицо. Взгляд расслабленный, на губах играет мягкая улыбка.

А Марина? Она как узнала? Ведь я же… Ведь я не рассказывал ей ничего. Или рассказывал? Уже сам сомневаюсь.

По стеночке, тихо иду в направлении спальни. У двери замираю. И вижу, чуть выглянув внутрь…

Маринка сидит на постели с ногами. И пишет что-то усердно в альбом. Она… голая! Абсолютно. Даже без трусиков, кажется. Перед ней открыт ноутбук. Я пытаюсь увидеть пространство вокруг неё. Вроде бы там никого постороннего. Значит, звук из компьютера? Они с Лидой по видеосвязи общаются? Может, она знала Лиду до этого? Может, они всё подстроили, чтобы проверить меня?

Захожу, и решительным шагом иду к ней. Маринка пугается. Взгляд у неё не злорадный. Обычный такой. Вполне дружелюбный взгляд.

— Привет! — говорит, — Почему без звонка?

Я теперь уже верчу головой, пытаясь увидеть призрак Лиды. Её нет в комнате. Маринка одна.

— Ты одна? — уточняю.

— Да, — пожимает плечами и жмёт пальцем кнопочку, голос стихает внезапно и резко, — Видео слушала!

— Ммм, — говорю.

Подхожу ближе к ней. Замираю, увидев на экране свою любовь, свою любовницу, Лиду. Она сидит в той квартире, которую продал. На НАШЕЙ постели! На нашем постельном. В одежде, которую я ей купил.

Пытаюсь мыслить здраво и не сойти с ума в этот миг. Хорошо, успокойся! Ведь это всего лишь экран ноутбука. Это видео, кажется? Просто какая-то запись. Одна из тех, что Лидка делала, видимо, в целях продвижения своего блога. Я никогда не вникал в это дело. Какие-то курсы для женщин. Но ведь Маринка… Она не могла?

— Аааа… это… это что? — решаю спросить.

Но Маринка, закрыв крышку ноута, резко встаёт:

— Борь! Тебе оно надо?

Она выбирает из кучки одежды трусы, надевает. Затем надевает верх от пижамы. Затем брюки натягивает. Хорошо! Лучше так. У меня нет желания видеть её обнажённой.

Серёжки она надевает уже возле зеркала. Стягивает светлые волосы в хвост на затылке.

— Ну, просто, любопытно, — смеюсь, — Ты тут голая сидишь у компьютера. Это типа… курсы какие-то что ли?

— Ага! — подтверждает она, — Курсы по личностному росту для женщин.

— А зачем? — пожимаю плечами, — У тебя же всё в норме, насколько я знаю?

— Серьёзно? — она замирает, внимательно глядя в глаза, — Вообще-то от меня недавно муж ушёл к молодой и красивой любовнице. И сказал, что я старая, а ещё что холодная, а ещё не любила его.

Я теряюсь от этих нападок внезапных. Даже голос пропал.

— Ну, не правда! Ведь я не ушёл. Вот он, я.

Взгляд Маринки скользит по мне, словно не веря:

— Да что ты?

— Да! — подтверждаю, — И я никогда не говорил такого! Что ты холодная, старая… Что там ещё?

— Не любила тебя! — добавляет она.

— Не любила? — обращаю её же слова в не предвзятый вопрос.

Но вместо ответа она пожимает плечами.

— Ты документы уже получил? — говорит.

Я иду за ней вслед:

— Какие документы?

Маринка не отвечает. Заметив цветы и коробочку с тортом, бросает:

— О, боже! Дорофеев, это ещё в честь чего?

— Ну…, - развожу я руками, — Просто так! Решил тебя порадовать.